Золотой скарабей

Регина Соколова, анализируя романы писательницы, подчеркивает необходимость изучения их жанрового своеобразия, которое заключается во «фрагментарности, звуковой и визуальной подачи информации» о судьбах персонажей различных эпох.

Анастасия Ермакова, поэт, прозаик, критик «Литературной газеты», считает, что писательница – одна из самых ярких представителей исторической прозы, которой доступно увидеть «в прошлом настоящую жизнь», столь же многогранную, как и современность.

Итак, нам выпало жить в эпоху перемен, во время формирования информационного общества и снижения интереса к чтению, но изменить эту ситуацию к лучшему, конечно же, помогут произведения нашей современницы.

Краткая библиография:

Болеро по-русски, или Мой ХХ век, 2017.

Художница Серебряного века Елена Киселева, 2018.

Графиня-монахиня, 2019.

Уроки в полнолуние, 2019.

Два романа: Прощай и будь любима. Маргарита: утраты и обретения, 2020.

Сага о Шереметах с преданиями и предсказаниями, 2021.

Опасный менуэт, 2021.

В поисках отца. Восточная повесть-мозаика, 2021.

Огонь любви в судьбах аристократок. От Натальи Шереметевой до Натальи Пушкиной, 2022.

Автор сердечно благодарит Ивана Мартынова

за помощь в работе над второй редакцией книги

Пролог. По две стороны Урала

Исполинские сосны и ели поднимались над берегами бурной реки, взбирались все выше и круче, а темные отражения их в воде казались блистающими, уходящими в бесконечную глубину.

От севера, чуть не от самого Карского моря, на юг, до пятидесятой широты тянулся горный кряж, отделяя Европу от Сибири. Река Чусовая пробиралась сквозь скалы, находила лазейку, изворачивалась, омывала преграды и опять устремлялась вверх, к самой главной реке – Каме, что спокойно несла свои полные воды. Дул ветер, качались стройные стволы сосен, все покрывала изморозь.

На берегу реки стоял человек великого роста, в шубе до пят, в собольей шапке и зорко вглядывался в простирающиеся вокруг Пермские земли – владение братьев Строгановых.

А ниже, за Чусовой, тоже в заиндевевшей шубе и шапке, так же широко расставив ноги, стоял второй хозяин этих мест – Никита Демидов.

Шубы каждого из них перепоясаны широким кожаным поясом с врезанными в него драгоценными каменьями. Камни поблескивали в лучах бледного, скупого солнца, а в тех кожаных ремнях было что-то сходное с самим Каменным поясом – Уралом.