Н. Г. Чернышевский. Научная биография (1828–1858)

: он неоднократно наведывался сюда и как экзаменатор-ревизор (например, в 1834 г.[144 - ГАСО. Ф. 12. Оп. 1. Д. 537.]), и как член консистории.

Запоминающуюся картину царивших в тогдашних российских духовных училищах «порядков» оставил один из современников, приведший сочинённый учениками текст так называемой «Семинариады», первая часть которой посвящена училищным годам:

Вот стул с некрашеным столом,

Скамейки, парты в беспорядке:

На них разбросаны тетрадки,

В грязи весь пол и потолок;

Без стёкол окна, в кои дышит

Порой с Олимпа ветерок,

И на щеках камином пышет

Здоровья розовый цветок.

Во всём здесь хаос первобытный, —

В словах, и в мыслях, и в делах:

Одни твердят урок забытый,

А там хлопочут о лозах,

Шумят, шалят, дерутся, пляшут,

Теснятся, друг на друга скачут…

Всё будто слилось в бурный спор, —

Ну, просто – демонский собор.

Вдруг растворились настежь двери, —

Все разбежались по углам.

Вошёл учитель – присмирели

И мигом сели по местам.

Нотатки[145 - Нотатки – тетрадь, в которой дежурные ученики отмечали степень готовности каждого к уроку.] подали. Учитель

Их взял и начал разбирать.

Он настоящий был мучитель…

Без оправданья начнёт драть

Он всех незнающих урока,

И этим чудно исправлял

Неисправимые пороки.

Он первым средством поставлял

Ligneum medicum[146 - Исцеление деревом (лат.), т.

 е. розги.] от лени,

И точно – прав был в этом мненьи.[147 - Петров Н. И. К истории внутренней жизни духовных семинарий. М., 1899. С. 10–11.]

Это описание относится не к саратовскому училищу, но в нём немало и «саратовского» колорита. В этом убеждают рассказы современников и документы. «Когда учитель входил в класс, – вспоминал один из прошедших полный курс училищных „наук”, – то брал со стола нотатки и приказывал сечь учеников, имеющих отметку ns (nesciens – незнающий).

Сечение производили обыкновенно дежурные ученики, сильные, рослые, которые ничему уже не учились и не подавали никакой надежды на успехи, но которые наводили на всех страх своим сечением. Весь интерес их школьной жизни заключался в розгах». Обычно дежурные (авдиторы) брали взятки со своих товарищей, и те, пока были деньги, на время уберегались от розог. Учителя тоже секли, «мы так и звали их живодёрами».