Учитель народа. Савонарола

Но так как знатные фамилии горожан преимущественно принадлежали партии гвельфов, а большая часть дворян стояла на стороне гибеллинов, то прежние распри продолжались, тем более, что «Signoria», верховный городской совет, теперь состоял исключительно из членов партии гвельфов. Наконец, Сальвестро Медичи, один из богатейших флорентийских купцов, сгруппировал вокруг себя так называемых «недовольных», чтобы дать отпор непомерным притязаниям гвельфов. Вследствие этого, простой народ, ремесленники и купцы с течением времени привыкли считать своей опорой торговый дом Медичи и относиться к главе его с безусловной преданностью.

Медичи, благодаря своей осмотрительности и энергии, не только сумели составить себе значительное состояние, но и заслужить расположение флорентийцев своею щедростью. В начале ХV столетия, Джованни Медичи владел большими поместьями в окрестностях города, великолепным замком и несколькими виллами, в числе которых была знаменитая вилла Кареджи.

Сын его, Козимо, не только наследовал его имущество, но и его громадное влияние на общественные дела.

В Козимо впервые проявилась та замечательная любовь к искусству, которая удержалась в этой фамилии в течении столетий. Естественно, что такой влиятельный человек, как Козимо, имел много врогов и могущественных противников; им удалось обвинить его в преступных сношениях с Франциском Сфорца, тогдашним герцогом Миланским и отправить его в ссылку.

Но флорентинцы настояли на его возвращении и приняли с громкими изъявлениями радости, когда он на следующий год снова вернулся из ссылки в родной город.

Этот случай показал всю непрочность мира между большими торговыми домами. Каждая влиятельная фамилия патрициев, владевшая большими богатствами, стремилась захватить в свои руки бразды правления, чтобы распоряжаться по произволу более важными и доходными должностями, и это должно было неизбежно вести к ожесточенной вражде и кровопролитным войнам.

Но в мирное время члены отдельных домов дружески сносились между собой и нередко собирались вместе по случаю общественных празднеств. Равным образом браки между ними составляли обычное явление, так что они, мало-помалу, почти все породнились друг с другом. Но когда снова наступали распри, то никто не считал нужным щадить какие-либо чувства или обращать внимание на узы родства.