Записки террориста. (в хорошем смысле слова)

Эти на отказ не обижаются и у следующего пассажира просят денег уже на итальянском. Полиглоты, понимаешь…

До вылета ещё два часа, беру пиво и устраиваюсь поудобнее. Обстановка располагает к ностальгическим воспоминаниям. Всё-таки Сьерра добавила два года к моему и так не маленькому геопроктологическому стажу. Погружаюсь в себя и выныриваю к объявлению посадки.

Короткий перелёт над марокканцами, и вот она – Касабланка. До рейса в Стамбул ещё несколько часов, но выходить в город нет ни малейшего желания. Название – единственное, что в Касабланке есть красивого, это я проверил на практике.

Зато очень удобный пересадочный узел для поездок в Западную Африку. Новичкам, кстати, очень даже рекомендую выйти в город, поможет слегка подготовиться к «могиле белого человека», как называли побережье Гвинейского залива проклятые колонизаторы, врывавшиеся в мирные негритянские деревни, оставляя за собой лишь дома, школы и дороги. К концу первого года каждый второй из этих суровых ребят уже отправлялся в края вечной охоты. И хотя в наши дни всё куда легче, тем не менее, холерой и брюшным тифом я в Сьерре переболеть успел. Малярия была ещё раньше, в Замбии. Страшная вещь, кстати. К знакомым как-то представитель от инвесторов из Киева прилетал на недельку. Съездили, посмотрели площадку, побухали, съездили на океан, побухали. Мужик вернулся в Киев, а через несколько дней в бане свалился без сознания. Пока врачи разобрались, пока сделали анализ на малярию – через три дня его не стало. Впечатлённые украинские инвесторы потом год осуществляли контроль над деятельностью предприятия путём переписки. За что и поплатились – команда геологов, возглавляемая целым профессором, главой какой-то там международной геологической ассоциации, раздербанила больше миллиона инвесторских долларов, напоследок распродав всё имущество, вплоть до канистр для воды. Профессор же, не шелупонь какая. Вымели всё, подчистую. Помнится, во время совместной попойки сей солидный, харизматичной внешности муж рассказывал нам о морфологии россыпей (никто ничего не понял, но звучало убедительно и даже вызывало спорадические позывы вложить денег). Затем под большим секретом показал эксклюзивные фотографии, сделанные специально по его заказу специальным геологоразведочным спутником. На мой наивный вопрос: «А почему на спецфотографиях написано Google Maps?» – профессор мягко перевёл тему беседы на классическое обсуждение сравнительных достоинств негритянок и женщин. Больше туда меня не приглашали почему-то.