Шуты и скоморохи всех времен и народов

Конечно, эти бродячие шуты носили самые разнообразные костюмы, которые, только за исключением некоторых общих атрибутов, мало отличали их от обыкновенных людей; правда, они одевались в самые пестрые лохмотья, как обыкновенно одеваются уличные фигляры. Что же касается тех шутов, которые состояли при особе или коронованного лица, или какого-нибудь вельможи, то для них шили особый «костюм шута», всегда почти одинаковый, хотя тут и была некоторая разница в деталях. В одной небольшой поэме XV века, где каждое сословие выражает свое желание, то и шут, между прочим, говорит: «Я желаю прежде всего такие вещи, которые мне грезятся и день, и ночь: во-первых, я хочу иметь хороший жезл и колпак с большими ушами и такими побрякушками, которые гремели бы на славу; я забуду о всякой тоске и печалях, а буду танцевать на поле и в кустарниках, и у меня будет такой хороший аппетит, что стану опустошать котлы и бутылки и за все это получу последнее сокровище – саван».

Отличительный атрибут каждого шута – это его шутовской жезл (marmotte); это нечто вроде жезла с головой в пестром полосатом колпаке с бубенчиками. Слово «мармот» – это сокращение от «Марии». Кроме того, на голове шута всегда был надет остроконечный колпак с бубенчиками и с длинными ушами; именно этот колпак и составлял характерное отличие шута. На одной из старинных гравюр, взятой из одного немецкого сочинения под заглавием «Schelmenzunft» («Сонмище шутов»), изданной в 1572 году, изображен шут в колпаке, остроконечности которого загнуты одна на правый бок, а другая на левый; на шее у этого шута привешено нечто вроде салфетки, из которой он вынимает маленьких шутов; у этих последних или только одна голова, или один бюст; большой шут сеет их по деревне; такие зародыши шутов вырастают и потом узнают друг друга, как и самого сеятеля, по знаменитому колпаку с той только разницею, что у маленьких остроконечности стоят прямо наподобие ослиных ушей.

Что же касается самого костюма шута, то он состоял из жакетки, вырезанной острыми углами; на эту жакетку надевалась деревянная золоченая шпага, а иногда и раздутый свиной пузырь, наполненный сушеным горохом; такой пузырь привязывался к небольшой палочке. Это именно и есть те подарки, которые Панург преподнес Трибуле, как это рассказывается в III книге, гл. XLV «Пантагрюэля».