Избранник вечности

Над защитниками крепости незримо витал Лимос – олицетворение голодной смерти. А на воинов гарнизона со стороны города день и ночь изливались проклятия и угрозы.

В один из таких непредсказуемых дней в крепости услышали извне нарастающий шум, громкие возгласы:

– Идут! Македоняне!

– Александр здесь!

В Кадмее всё пришло в движение, начальник гарнизона начал готовиться к вооружённой вылазке. Александр жив?! Но говорили, он погиб!

В городе началась паника. Александр идёт к Фивам! А как же Демосфен? Он убеждал, что македонский царь погиб в Иллирии и войско его там сгинуло! И как ему удалось прорваться через Фермопильское ущелье, если проход закрыл большой заградительный отряд? Почему не остановили?

В большой растерянности фивяне созывали Собрание за Собранием, требовали от беотархов разъяснений и решительных действий.

Но никто не знал, что будет с ними дальше.

ИЛЛИРИЯ. Македонское войско действительно приближалось к Фивам. Схватка с иллирийцами осталась позади, но болезненной зарубкой на памяти…

В тот день македоняне неосмотрительно зашли в какое-то ущелье без разведки.

Варвары появились отовсюду – со скал сбрасывали камни, сыпали стрелами и копьями. Походную колонну развернуть не удалось. Ловушка захлопнулась! Пришлось рассредоточиться по двое-трое, чтобы уменьшить потери и хоть как-то огрызаться… Македоняне сражались храбро, держались стойко, но иллирийцы имели значительное преимущество в численности и в выгодном для себя расположении.

Сражение затянулось до сумерек и внезапно затихло.

Иллирийцы убедились, что враг заперт надёжно, до утра никуда не денется. Прекратили боевые действия, отошли отдыхать. А македоняне радовались передышке…

Перед рассветом Александр собрал военачальников.

– Варвары уверены, что мы захотим прорываться вперёд или повернём назад. А мы не дадим им больше повода безнаказанно убивать нас.

Неожиданно он произнёс:

– Некое слово гласит: «доблесть высоко на скалах живёт неприступных и зорко блюдет свой предел заповедный, очам не всякого смертного зрима.

Но тому, кто с муками взыдет туда, мужества высей достигнув».

По лицам командиров заметил, что не поняли, к чему это он, пояснил:

– Я вспомнил Симонида*. Наш враг отсиживается на скалах, уверенный в недосягаемости. Ему невдомёк, что мы пойдём брать скалы. Будет трудно, но другой возможности нет, чтобы спасти свои жизни.

Хмурые лица боевых товарищей посветлели, в глазах появилась надежда. И хотя царь сегодня ошибся, второй раз ошибки не допустит.