Рим. Полная история города

Даже в последний момент, уже пронзенная кинжалом, Лукреция заботится о том, чтобы пристойно упасть к ногам своего отца. Разница между Ливием и Овидием в том, что, рассказывая об одних и тех же событиях, первый излагает факты, а второй использует яркие образы.

То, что смогла, рассказала она, но потом зарыдала,

И запылали ее чистые щеки стыдом.

Видя насилье над ней, ее муж и отец извиняют;

«Нет, – отвечает она, – нет извинения мне!»

Тотчас себе она в грудь кинжал сокровенный вонзила

И ниспроверглась в крови собственной к отчим ногам.

Но и в последний свой миг заботилась, чтобы пристойно

Рухнуть; и к чести была ей и кончина ее.

Вот и супруг, и отец, невзирая на все предрассудки,

Кинулись к телу ее вместе, рыдая о ней[7 - Овидий. Фасты. (пер. Ф. А. Петровского).].

Мог ли Уильям Шекспир пройти мимо такого сюжета, как история Лукреции? Конечно же, не мог. Примерно в 1594 году он написал поэму «Обесчещенная Лукреция» (точнее – «Поругание Лукреции»), насчитывавшую 265 строф по семь строк в каждой.

Лукреция или Тарквиний упоминаются во многих произведениях Шекспира, в том числе и в самых известных: «Макбет», «Укрощение строптивой» и «Двенадцатая ночь».

Вам хотелось бы оперы? Извольте – ее написал для вас в сороковых годах ХХ века британский композитор Бенджамин Бриттен. «Поругание Лукреции» – камерная опера, в которой задействованы всего 8 певцов и 13 музыкальных инструментов, но скромность «антуража» позволила Бриттену заострить внимание на психологии героев. Другая опера о Лукреции, написанная итальянским композитором Отторино Респиги (1879–1936) по поэме Шекспира, не получила большой популярности.

Столько всего посвящено Лукреции, что глаза разбегаются. Но если попытаться выбрать самое яркое произведение в каждом жанре, то выбор будет таким – картина Рубенса, поэма Шекспира и опера Бриттена.

Несмотря на то, что христианская религия категорически осуждает суицид, Данте Алигьери в своей «Божественной комедии» поместил Лукрецию в Лимб, первый круг ада, вместе с Сократом и Сенекой, которые тоже покончили с собой.

Видом наказания в Лимбе служит безболезненная скорбь, в то время как основную массу самоубийц, превращенных в деревья, терзают в седьмом круге ада гарпии. Почему вдруг такая поблажка? Да потому, что ни у Лукреции, ни у Сократа, ни у Сенеки не было выбора (в свое время мы поговорим о каждом).

Надо сказать, что отсутствие памятника добродетельной матроне является большим упущением со стороны римлян.