Сыновья Беки. Роман

– Какой же ты старшой, – покачал головой Зарахмет, – если тебя, словно барана, в яму сбросили?

Мухи стоял с низко опущенной головой и молчал.

– Ну, коли ты смелее и сильнее, чем он, – снова заговорил Зарахмет, теперь уже обращаясь к Хасану, – сам Бог велит мне по ставить тебя старшим!

Но Хасан ничего не слышал. Его правая бровь поднялась над глазом высокой другой, как всегда, когда он напряженно о чем-нибудь думал.

А думал Хасан о том, что услышал от мерзавца Мухи. Хоть и знает, что эта ядовитая змея только и норовит больно ужалить и не надо бы придавать значения его словам, но поди-ка останься спокойным, когда слова эти пачкают твою мать! «Неужели все это правда? – ломал голову мальчик.

 – А если правда?!»

– Ну, давай командуй, пусть работают! – приказал Зарахмет. – Чего стоишь? Или не слышишь моих слов?

Хасан только тут сообразил, что управляющий назначает его старшим.

– Командуй сам! – процедил он сквозь зубы и пошел прочь.

– Ты что? Ты в своем уме?! – замахал руками Зарахмет, глядя вслед Хасану.

– Он пошел посмотреть, что там Гойберд делает с его матерью, – злобно выкрикнул Мухи.

Хасан резко остановился, словно перед ним разверзлась пропасть. Но через минуту, так и не оглянувшись, снова зашагал вперед.

Не хватило у него ни сил, ни смелости вернуться и посмотреть всем им в глаза. И не только им! Никому он сейчас не смог бы посмотреть в глаза. Ему уже казалось, что и правда все село только и говорит о его матери и о Гойберде.

«Неужели это правда? – снова и снова задавал он себе один и тот же вопрос. – А если правда? Что тогда делать? Ведь каждый человек вправе будет оскорбить их, упрекнуть… Эх, нани, нани! Как же нам теперь жить?»

Но через мгновение Хасан уже стыдился того, что поверил в такое. Стыдился и уговаривал сам себя: «Нет! Неправда это! Наша нани не такая!»

Однако уверенности хватило ненадолго.

Солнце уже садилось, когда Хасан подошел к дому.

13

Кайла, покончив работой, мыла руки, когда вошел Хасан.

Она ласково поглядела ему в глаза. Хоть с вечера и сердилась, что уходит работать с Рашидом, когда дома столько же дел, но сейчас радовалась: слава Богу, вернулся цел и невредим.

Сердце матери никогда не бывает спокойным, если дети ее где-то далеко, не при ней…

– Ты рано что-то, – сказала Кайпа. – Я ждала тебя позже.

Хасан не ответил и хмурый сел у порога.

– Что-нибудь случилось? – поинтересовалась мать.