Русские эмигранты и их потомки. Истории успеха

Если не считать самой идеи создания ворот как символа победы и триумфа, то все остальные особенности Тонниммун существенным образом отличают её от Парижской арки. Ворота независимости построены в выдержанном неороманском стиле без какого-либо декора. Сам проход обрамлён двумя стройными, высокими колоннами, создающими контраст в сочетании с мощными стенами и кирпичной кладкой. Верхняя часть ворот завершена лёгким парапетом, поскольку изначально планировалось, что на ворота можно будет подняться и осмотреть окрестности.

В начале ХХ века прямо под балконом были вывешены корейские национальные символы.

Думается, что неороманский стиль, который, в отличие от неоготики, не пользовался особой популярностью в Европе, был выбран не случайно. Середин вообще относился к той счастливой категории архитекторов, которые хорошо понимают своего заказчика и тонко чувствуют его истинные желания. Лаконичность и сдержанность выбранного им стиля как нельзя лучше отражают философские взгляды буддизма и конфуцианства, которые на протяжении столетий доминировали в Корее.

Ворота Тонниммун

Поэтому, хотя Середин использовал исключительно европейские приёмы при строительстве Тонниммун, можно сказать, что воздвигнутые ворота в полной мере воплотили в себе ту самую национальную корейскую идею, поиском которой были заняты интеллектуалы того времени. Европейский стиль Ворот независимости символизирует открытость миру и готовность к обновлению. Монолитность арки отражает стойкость и несломленный дух корейского народа, которому пришлось пройти через многие испытания.

Подчёркнутая простота форм свидетельствует о том, что, даже обновляясь, Корея остаётся верна своим старым традициям, согласно которым выдержанность и невозмутимость являются лучшими добродетелями.

Сейчас найдено достаточно свидетельств личного расположения короля Коджона к русскому архитектору. Наверняка государю импонировали такие бесспорные качества Середина, как честность, порядочность, готовность работать даже в сложных условиях.

Видимо, именно в силу полного доверия к Середину со стороны короля, в конце 1890-х годов он получает уникальное для европейца задание: построить пять павильонов, да не где-нибудь, а на территории королевского дворца Кёнунгун (с 1907 г. носит название Токсугун). «Вторжение» русского архитектора во дворец с целью изменить его облик многие сановники восприняли не очень доброжелательно. Но так пожелал король.