Попаданцы разбушевались. Книга третья. Не злите добрых людей!

Для разнообразия – никогда не видел, как герцоги питаются, может, им сырое мясо подают, или они только репу едят, интересно же как, до одури. Меня другое волнует: может, вы решили мне заплатить за спасение вашей дочери? И во сколько вы её жизнь оцениваете? Или не решили платить?

Велона смотрела на наёмника с огромным удивлением: пока такого… простецкого поведения за ним не замечалось. Несколько хамского даже. Герцог поперхнулся, герцогини закраснелись.

– Тогда уж мы прямо к делу перейдём, чтобы после без вас позавтракать, – опомнился хозяин дома.

 – Нас ваша помолвка никак не устраивает, придётся её разорвать.

– А чё не устраивает-то? – удивился Сергей. – Меня вот устраивает, и дочку вашу устраивает, а вас, гля-кось, не устраивает. Мне дела нету до вашего устроения, как и до вас. Велона совершеннолетняя, небось, какое ваше дело?

– А то не устраивает, молодой человек, – чуть не взвилась Амнелия, – что Велона обязана выйти замуж за сына герцога Девента, и вам в этом деле места нет. Так что мы требуем…

– Свои требования, герцогиня, можете проглотить с репой! Или так, всухомятку прожевать.

Не суйте носа в мои личные дела, отвалится нос.

– Наглец! – теперь герцогиня побледнела. – Дантор, выгони его, а ещё лучше – прикажи арестовать.

– Чего это сразу наглец? – улыбнулся Сергей. – Как понимаю, герцог уже пытался кое-что приказать, так ведь, герцог? Я же просто адекватно ответил на вашу инсинуацию. И завершайте этот бессмысленный разговор уже.

У герцога с жёнами чуть глаза не выкатились – стало доходить, что наёмник не так уж и прост, как кажется.

Причём Дантор после явного намёка занервничал.

– Чего и мне весьма желательно, – подтвердила Велона. – Вы не забыли, моя вторая мать, что я давно вполне совершеннолетняя и вправе сама собой распоряжаться…

– Останешься без наследства! – прошипела Амнелия.

– Это с какой стати? – удивилась баронесса. – Это ведь вы против моей воли идёте, а не наоборот, потому что сначала я было помолвлена, и только потом вы объявляете о каком-то моём замужестве.

Так что никакой суд меня без наследства не оставит, если вы вообще рискнёте судиться с дочерью. Хотя именно вы рискнёте – вам герцогство Девент намного ближе нашего.

– Дантор, ты слышишь, как меня оскорбляют? Я не могу больше тут находиться! – герцогиня стремительно встала и попыталась выйти гордо, но споткнулась.

– Дочь, не кажется тебе, что ты ведёшь себя глупо? – вступила, наконец, настоящая мать Велоны.