Земля бессмертных Восток

– Оригинальная – это особенная, ни на кого не похожая. Может, ты знаешь ещё кого-нибудь, чей разум, несмотря на… некоторые сложности с другими частями организма, оставался бы таким светлым, не потерявшим связи с окружающим миром и желающим участвовать в его событиях? Я вот до сих пор никого подобного не знал. Теперь смотри, Матушка, разве не интересен человек, пусть эльвина, извини, хотя в Храме – какая разница, как я понимаю? – человек, который так тонко и отчетливо воспринимает чувства и эмоции другого, и неважно, что это родная дочь? И третье «место»: может быть, ты позвала меня к себе по делу.

Здесь глаза эльвины почему-то чуть дрогнули. Угадал? Есть дело? Надо смягчить.

– Но главным поводом для этого, думаю, было все-таки обычное женское любопытство. Ценное свойство, между прочим, потому что пока оно действует, женщина остается женщиной, не так ли?

– Да-а! – протянула Матушка.

 – Ты и меня начинаешь удивлять. И где только учат так необычно выражаться? Ведь нутром подвох чувствую, а ни капли обмана! Марэн, я за тебя начинаю радоваться и, не поверишь, уже слегка завидую.

Марэн заалела и прошептала: «Спасибо, мама…»

– Виктор, – продолжила Матушка, – ты, оказывается, ко всему, весьма догадлив. Дело тоже есть, и по моим меркам, не очень обычное дело. Небывалое. Пресветлая Валента хочет с тобой поговорить сама.

Марэн и сиделки прикинулись статуями. А у Виктора мелькнула мысль понять сущность этой Валенты – кто она: натуральная богиня, как та Арахнита, или нечто иное?

– Как? – он не стал скрывать удивления. – Я, Матушка, не о теме разговора, а чисто технически, разве это возможно? Передача мыслей, что ли, будет? Или явится она ко мне в образе синицы?

– Да нет, странник, не усложняй. Через меня будет ваш вполне обычный разговор.

В Строгом зале. Меня туда э… доставят перед рассветом. И ты должен быть там. Дочка, все жрицы и послушницы тоже нужны. Пусть слышат – кривотолки нам ни к чему.

Мальцев быстро еще раз просмотрел организм предельно старой женщины-эльвины. Не совсем уж просто, но! Но мозг, тем более, такой мозг! – Он жил полной жизнью и до последнего заставлял организм обеспечивать себя всем необходимым.