Жатва… Внутри тебя…

(Тут наверное нужно пояснить, что очень большая часть воспоминаний у переписанных людей стиралась, не полностью конечно. Ее можно было восстановить, но это требовало порой немало времени. Тогда же и была придумана оцифровка личности, специальный алгоритм, закладывающийся совместно с переписью сознания, это позволяло восстановить всю последнюю информацию из жизни человека. Правда, и у оцифровки был минимальный временной интервал – одиннадцать дней, в общем, если проще, то совершать перезапись личности можно раз в тридцать четыре земных дня, а память оборвется на одиннадцати днях тому назад).

Что ж, последнее что всплывало в памяти – это суд над жалким героем и как он голый покидает замок. Сколько времени прошло потом он не знал, но не больше одиннадцати дней – это точно. Как его убили, он тоже не мог вспомнить.

Он посмотрел на камеру наблюдения и помахал рукой. Через полчаса пришел врач и медсестра.

– Добрый день, многоуважаемый постоянный клиент, – мужчина в белом халате приветливо улыбнулся, – сегодня первый день с вашего воскрешения, поэтому вам необходимо обнулить свои часы и начать обратный отсчет, у вас впереди тридцать четыре дня, за которые вам необходимо избегать все возможные…

– И невозможные… – прошептала медицинская сестра.

– И невозможные, – сделав акцент на этом слове, повторил врач, – причины вашей предполагаемой смерти.

– Я все понял, док, скажите, сколько прошло времени с оцифровки?

– Четыре дня по стандартному исчислению, – спокойно ответил белый халат.

– Когда я смогу выйти отсюда, мне нужно вернуться в тот мир, где меня убили.

– Вы же знаете стандартную процедуру, – уныло начал вещать врач, – в противном случае мы не гарантируем полноценное восстановление…

– Сколько, док?

Эти двое поняли друг друга. Доктор написал на листке что-то, а затем показал пациенту.

– Договорились? – спросил белый халат.

– Договорились, – ответили ему, – но я должен быть там завтра и ни днем позже.

Врач только кивнул, затем повернулся к медицинской сестре:

– Сделай ему нашего фирменного по вене, и пусть к нему прийдет инструктор, завтра он должен улететь от нас.

Медсестра сделала пометку и они вышли.

«Еще немного, – думал мужчина на койке, – еще чуть-чуть и я вернусь, тогда сыграем по-моему.»

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — —

– Милая, как ты? – Дима держал Киолу за руку.