Противостояние

В машине было тихо, тепло, двигатель работал почти бесшумно – явно Волга обслуживалась в хорошем гараже и там же была доработана умелыми немецкими руками. Помимо пассажира – полноватого, лет пятидесяти, с аккуратными усиками и в очках, в салоне машины было еще двое – безмолвный, белобрысый водитель, мастерски управляющийся с рулем и мрачноватого вида мужчина, лысый, лет пятидесяти. Мало кто знал что этот второй, лысый был начальником отдела специальных операций в Штази[35 - Штази, Staatssicherheit – восточногерманская разведка, одна из лучших в мире, в некоторых вопросах дававшая фору даже КГБ СССР.

] и одним из наиболее доверенных лиц ЦК СЕПГ[36 - ЦК СЕПГ – Центральный комитет коммунистической партии Восточной Германии]. Его привлекли к встрече и потому, что он хорошо знал третьего участника этой встречи – русского генерала, прилетевшего рейсом военно-транспортной авиации на один из аэродромов ГВСГ[37 - ГВСГ – группа советских войск в Германии.]. Его он знал потому, что генерал, тогда еще бывший полковником какое то время служил на базе советских войск в Фюрстенберге, а лысый представлял там интересы Штази и организовывал рабочее взаимодействие советских спецназовцев ГРУ, расквартированных там[38 - В Фюрстенберге действительно квартировали люди из спецназа ГРУ, в НАТО их называли «Фюрстенбергские демоны». ] со спецподразделениями Штази, он же организовывал слаживание и совместную боевую учебу.

За все время, пока машина мчалась по улицам Берлина ни водитель, ни пассажиры Волги не проронили ни слова.

Встречающие знали гостя в лицо, гость говорил только по-испански и не знал немецкий, водитель не знал никаких других языков кроме немецкого. Испанский неплохо знал второй встречающий, лысый – равно как и пять других языков включая русский – но без надобности знание языков собеседнику он не раскрывал – иногда полезно, когда собеседник думает, что ты не знаешь его язык и разговаривает при тебе свободно.

Встреча состоялась не в здании ЦК партии, не в партийной гостиницу или каком-либо другом присутственном месте – она состоялась в конспиративной квартире Штази, в одном из спальных районов Берлина.

Три квартиры на пятом, последнем этаже были записаны на трех разных хозяев, какие-то люди исправно платили коммунальные платежи – но у всех этих квартир был один и тот-же хозяин – Штази. Квартиры были записаны за внешней разведкой – поэтому большую часть времени пустовали. Лишь иногда там жили перебежчики или те, кто собирался отправиться по ту сторону стены.