Врата скорби. Дикий Восток

Их машина шла второй в конвое, поэтому стены пыли, в которой плыл конвой, была здесь не такой плотной, и можно было различить, где идет колонна. Получалось, что они только-только вошли в горы – значит, прикорнуть удалось на полчаса, не дольше. Но и то хлеб.

Хорунжий толкнул Бабицкого в плечо, проорал ему на ухо

– Где мы?!

– Прошли Лахедж!

Хорунжий хлопнул казака по спине в знак того что понял – пыль была такая, что не наговоришься – потом не откашляешься. Лахедж – это последний пункт на трассе, где есть блок-пост, совместный, казаков и йеменской королевской гвардии, настоящая трехэтажная крепость у дороги, где были даже трехдюймовые пушки.

Дальше, почти пятьдесят километров – темная территория, где не берет ни одна рация, и где невозможно поставить блокпост, даже усиленный танками – будут долбать, пока не раздолбают. Черная территория – и что там происходило – ведал только Аллах. Если им повезет сегодня – они проскочат. Если же нет…

Не повезло…

* * *

Словно шепнул кто на ухо, что будет – но было уже поздно.

Все что успел сделать хорунжий – это вцепиться в борт бронемашины, крепко вцепиться и – земля на обочине, как раз напротив головной машины конвоя вздыбилась темным столбом разрыва.

Бронемашина пошатнулась, но выстояла – а через долю секунды стремительно расширяющееся бурое облако из раскаленного воздуха, мелких камней и осколков накрыло их…

* * *

При нападении главное – первые десять секунд.

Если выжил в эти десять секунд, когда у противника неоспоримое преимущество – тогда, наверное, будешь жить и дальше.

Когда впереди долбанул разрыв фугаса – казаки знали, что им делать, это было не первый раз, и уж точно не последний. Два ДШК развернулись сразу, открыли огонь по обозначившимся вспышками целям. Бешено вращая маховики наводки, расчет разворачивал в сторону цели, защищенную самодельной броней зенитную установку. Те, кого не оглушило взрывом, поливал длинными очередями склон, не удивляясь тому, что по броне не бьют пули – просто некогда было удивляться.

И прозевали цели. Настоящие, те, ради которых все и затевалось.

В противостоянии пушка – танк с тех пор, как на фронте появились первые бронированные чудовища, пока что выигрывал танк. Сейчас калибр основной противотанковой пушки составлял восемьдесят восемь миллиметров у германцев, девяносто у британцев и итальянцев, сто семь у русских.