Триокала. Исторический роман

Его предсказание о скором падении Рима, сделанное им в имении Серапиона, привлекло к нему много людей… Жаль только, что сам он никогда не был на войне, – помолчав, добавил он.

– Есть среди нас еще один предсказатель, который не понаслышке знаком с военным делом, – заметил Эгнаций. – Говорят, он делает безошибочные предсказания по звездам.

– Ты имеешь в виду этого киликийского щеголя с золотыми серьгами в ушах? – спросил Эвгеней.

– Если ты думаешь, что Афинион неженка, то ошибаешься – возразил Эгнаций, уловив иронию в словах друга.

 – Киликийцы, как и многие другие народы, живущие на востоке, имеют обыкновение носить серьги, но это вовсе не означает отсутствие у них мужественности и воинственности. Про Афиниона я слышал, что он родом из так называемых «свободных киликийцев», до сих пор не покоренных римлянами, и попал в плен, раненный в одной из стычек с коммагенянами, напавшими на его родной город по наущению римлян.

– Кажется, поднялся ветерок! – сказал Варий, заметив, как надуваются обвислые паруса.

Попутный ветер заставил кормчего отказаться от намерения сделать остановку у Терм Селинунта. Это был городок для отдыхающих. Поблизости от него били теплые источники.

До самого Селинунта кибея шла на всех парусах. Гребцы получили небольшой отдых, после чего снова взялись за весла, и в конце дня корабль бросил якорь в селинунтской гавани.

Друзья провели ночь на берегу под открытым небом и на рассвете, позавтракав в дешевой харчевне, вернулись на корабль, который вскоре вышел в море.

Незадолго до заката солнца кибея достигла Мазары и бросила якорь в гавани.

Друзья сошли на берег и, не теряя времени, двинулись через весь город к Галикийским воротам. Выйдя из города, они быстро зашагали по дороге, тянувшейся вдоль берега реки, которая, как и город, называлась Мазарой.

Когда стало темнеть, они решили заночевать у небольшой деревеньки сикулов. Спустившись к реке, они заметили в прибрежных кустах одинокого рыбака, удившего простыми донными удочками.

Это был старый сикул, поначалу струсивший при виде трех вооруженных людей, приняв их за разбойников. Но вскоре он успокоился, потому что незнакомцы вели себя очень миролюбиво.

Эгнаций и Эвгеней, разговорившись с рыбаком, узнали, что у него есть бредень. Они разделись и дважды протянули сетью довольно большой участок реки, вытащив на берег десятка два жирных карпов.