Предтеча. Роман

Путается с разными чернавками, будто ему родовитых мало. Малуша наконец пришла, шевеля ягодицами под сарафаном. Каждый вздох вычерчивал рельефность упругих сосцов.

– Перенеси-ка светец в спальню да вздуй светло!

Зажгла лучину, подлила воды вниз и исчезла.

Ольга прихватила с собою сочинение какого-то древнего грека, развернула пергаментный свиток, но не читалось. Выписанные значки прыгали перед взором. Вдруг услышала тяжёлые шаги по княжеским покоям. В двери появился Вышата, боярин знатен, богат непомерно. Жидкая бородёнка клочьями торчала врастопыр, мокрая.

Одежда также намокшая, выпачканные землёй сапоги оставляли позади грязно-водные следы. На лице печать скорбной торжественности.

– Печальное известие, госпожа.

– Из Искоростеня? – встрепенулась Ольга и испуганными глазами впилась в боярина.

– Великий князь Игорь погиб не далее вчерашнего дня в стычке с древлянами на сборе полюдья. Убиенного вскорости доставят в Киев.

– Смерть, верно, была ужасной?

Вышата сразу понял, что эта женщина ждёт от него хотя бы что-то, обеляющее поступки мужа.

Боярин не обладал характером и манерами христианина, а потому всё привык говорить прямо.

– Его привязали за ноги к двум деревам…

В глазах потемнело, пламя лучины погасло, колени ослабли не в состоянии уже держать владычицу. Боярин едва успел поддержать наклонившуюся в сторону и едва не упавшую княгиню. На зов Вышаты прибежали прислужники и несколько отроков. Они бережно уложили повелительницу на княжеское ложе, оставив подле приживалку и сиделку.

Небосвод вначале посерел, затем заалелся, дождь наконец прекратился, ушёл, оставив чистое морозное небо.

4

Княгиня открыла глаза, обведя взглядом спальный покой. Приживалка вскрикнула, всплеснув руками, и куда-то исчезла. Ольга лежала, осмысливая своё вдовье положение. Она не страдала излишней чувствительностью и конечно уж теперь пылкая страсть молодости, перешедшая со временем лишь в некое подобие любви, не столь сильно обуревала её к мужу. В обморок она упала просто из боязни за своё будущее.

А оно было довольно безотрадным. С остальными жёнами Игоря она виделась, а тем паче общалась весьма редко. Это были обычные бабы, годные только на усладу мужу, угождение его прихотям да постыдный блуд во время частых отсутствий князя. А теперь ей вкупе с ними придётся, во исполнение обычаев русских, предать себя добровольному закланию, а тела их сожгут на тризном кострище. Несомненно, явятся увещатели, зачнут капищные законы поминать.