Симон Петлюра. «Я родился в Полтаве и я верю в украинскую государственность…»

Но ни о каком гражданском обществе не было и речи, император не доверял своим подданным после 14 декабря. Высшие сановники заявляли, что лучше общества знают, что ему необходимо. Разработка законов об улучшении жизни народа поручалась чиновникам, живших за его счет. В Государственный Совет на обсуждение и для принятия государственных решений чиновники подавали заведомо ложные документы.

В 1861 году в России было отменено крепостное право, ещё через 9 лет в городах появились думы, в стране стали работать мировые судьи, наконец, были созданы земства.

Двадцатипятилетняя служба в армии была заменена шестилетней. Теперь получать образование могли все, даже крестьянские дети.

Реформы, которые почему-то назвали великими, не дали земли крестьянам и политических прав подданным. Великие реформы стали началом конца Российской империи.

Безземельные крестьяне, не могли выкупить землю у помещиков, взвинтивших цены в пять раз, ушли в города и превратились в люмпен-пролетариат. Империя сама неслась в 1917 год.

Вместо обещанных дарований политических свобод власти усилили полицейские меры. В стране началось глубокое брожение. Реформы привели к небывалой свободе личности, которая захотела равенства – а это в империи было совершенно невозможным. Правители захотели возврата в прошлое, и в уже созданной властями своим презрением к чувству собственного достоинства личности революционной среде появились радикальные течения. На царя, которого почему-то назвали освободителем, «освобожденный» крестьянин А.

Желябов с «Народной волей» устроил настоящую охоту.

Нигилисты и народовольцы «пошли в народ», появилась осознанная идея добиваться целей путем террора. Российская империя вступила в период тяжелой Смуты. «Народной воле», имевшей в своем составе около пятисот членов, удалось создать видимость таинственной многочисленной организации. В обществе уже было много людей, хотевших продолжения реформ, но отрицавших террор. Высшие чиновники не захотели или не смогли разделить небольшую террористическую партию со всей оппозиционной средой и, как обычно, обрушились на все общество.

Надзору и преследованиям подверглись все, казавшиеся подозрительными и неблагонадежными. Это не помогало, общество быстро революционализировалось.

Власти создали комиссию графа Лорис-Меликова, которой удалось на время успокоить общество, не преследуя простых оппозиционеров. Представители земств должны были войти в Государственный Совет – высший орган империи.