Метроном

И икону – вон, в углу висит. Ну да ты знаешь. Всё, больше мне ничего и не надо.

Лида послушно собрала всё, что попросила старушка и стояла теперь посреди комнаты, не зная, что делать дальше.

– Пока твои-то за мной не пришли, переодень меня, золотко, в чистую рубашку.

Лида сложила вещички на печку, взяла висевшее на спинке кровати полотенце, сбегала с ним в кухню и облила из чайника горячей водой. Вернулась в комнату, привычно протерла все соседкины потайные места, и натянула на нее свежую ночную сорочку. Баба Ксеня тяжело опустилась на подушку.

– Ну и слава Богу! Храни вас всех Господь, детонька!

Лида ничего не ответила.

В комнату, осторожно постучавшись, вошли папа и Костя.

– Ну что, бабушка Ксения, Лида вам все рассказала, объяснила? Вы согласны?

– Конечно, Сашенька! В этой квартире ты командир – как скажешь, так и будет. Да и придумали вы всё хорошо.

– Константин! – командным голосом произнес папа. – Сначала печку! Потом бабушку!

С печкой управились быстро и вернулись за бабой Ксеней.

Отец осторожно завернул соседку в одеяло и взял на руки.

– Нет, Костя, – тихонько прошептал он, – матрац не надо, ты же видишь. Бери только подушку.

Устроили бабу Ксеню на переставленную из детской Лидину кровать, поправили подушки, подоткнули одеяло… Баба Ксеня отчего-то вдруг заплакала. Ольга села на краешек кровати и принялась что-то тихо соседке говорить.

Отец огляделся по сторонам, сам себе кивнул головой и махнул рукой Косте – за дровами!

Вскоре полкомнаты было завалено березовыми полешками, под столом громоздился мешок с картошкой, на книжный шкаф папа повесил «косичку» из больших, золотистых луковиц, а рядом, на полу, поставил большую бутыль с подсолнечным маслом.

– Только ты сама-то не поднимай! – сказал он маме. – Вот Лидочка тебе помогать будет. Мука ты знаешь где, в ларе на кухне, правда, там совсем немного осталось… Но вы завтра же пойдите с Лидой на базар и купите побольше, сколько сможете… Яиц вот у нас нет. Тоже купите… Картошки пока достаточно… Что еще?

– Ты майор, или шеф-повар? – печально улыбнулась мама.

 – Или ты думаешь, что я не знаю, где у нас мука? Хватит, Сашенька. Сядь, отдохни хоть пять минуток. Мы с Лидой со всем разберемся. А сейчас… – мама взглянула на громко тикающие на стене ходики. – Сейчас нам, наверное, пора на вокзал…

Она посмотрела на своего старшенького и горько вздохнула, еле сдерживая слёзы. Несмотря на могучее телосложение, стриженый и лопоухий Костя показался ей совсем мальчишкой.