Охрана труда со дна

А че?

– Во-первых, я не пью! Во-вторых, тебя не смущает, что мы сейчас на работе?

– Да немного же выпьем-то! Тем более мастер убежал. Его как минимум час еще не будет.

– Нет, я не пойду. Хочу бегом все сделать и уйти домой.

– Как хочешь, – и Лешка скрылся за станками.

«Вот народ! – думала я. – Ничему их жизнь не учит. Разве нельзя напиться после работы? Тем более Раечка – она же за управлением краном. Трезвая-то работает невнимательно, а что будет, если выпьет?»

Через некоторое время вернулся довольный Лешка и продолжил работать.

– Леш, а Раечка тоже там сидит? А то мне тару надо освободить от стружки.

– Да, была там.

Я направилась в сторону бытовки. Я дошла до бытовки, дернула дверь и поняла, что та заперта изнутри. Вокруг – никого, но и на кране было пусто. Что мне было делать? К мастеру обратиться было нельзя, так как сдала бы свою вечернюю бригаду, но и работать я не могла с переполненной тарой. Пришлось мне вернуться к Лешке и пытать его.

– Где мне найти Пашку и Раечку?

– Я же говорю: в бытовке, – не поворачивая головы, ответил коллега.

– Их там нет, она заперта.

– Постучи. Видимо, закрылись, чтобы мастер не спалил.

– Да мне как-то неудобно. Может, ты сходишь – скажешь, что надо скантовать тару? – аккуратно попросила я.

– Ладно, жди меня здесь.

Лешка подошел к бытовке и постучал – ему не открыли. Он постучал снова. Через некоторое время дверь «укрытия» открылась и показалась голова Пашки. Он выглядел растрепанным.

Следом за ним вышла Раечка, поправляя прическу и застегивая пуговицы на рабочей рубахе. Лешка им что-то сказал, после чего они как-то зло посмотрели в мою сторону, и по их губам я отчетлива могла прочитать маты.

– Сейчас они скантуют твою тару, – вернувшись, заверил меня коллега. – Помешала ты им, – и снова Лешка как-то нехорошо засмеялся.

– Допить, что ли, не дала?

– Ага, – и он заржал.

– Эм… – это все, что я смогла вымолвить. То есть алкоголь и наркотики на рабочем месте – это был еще не предел аморальщины.

И мне стало как-то противно от всего этого.

Я рассказала про это Насте, и у нее тоже глаза на лоб полезли.

– Прямо в бендежке? В рабочее время? – переспрашивала она.

– Вооот, я тебе про это и говорю!

– Какой ужас!

– Хотя чему удивляться, если даже в любви признаются через табельщицу!

– Это ты о чем? – не поняла Настя.

– Да ни о чем, – замялась я.

– Давай-давай, рассказывай.