Три самодержца. Дневники генеральши Богданович

Дай бог ему справиться с крамолой и социализмом.

4 марта. Найден подкоп на М. Садовой, угловой дом, там помещался склад сыров «Кобозева», – по этой улице государь обыкновенно возвращался из манежа во дворец. Мина подведена под середину улицы. Очень тщательно сделано.

Рассказывают, что рядом, по левую сторону гроба, шла Юрьевская во время перенесения тела в церковь, составляя как бы принадлежность гроба. Нынешний государь, говорят, ей сказал: «Покойный государь нас разделял, но горе наше общее нас сблизило».

Читала прокламацию – извещает о смерти убитого государя. Видно, что не здесь напечатана, хотя помечена 1 марта 1881 года, а внизу «Типография “Народной воли”, 2 марта 1881 г.». Это уже у них было давно подготовлено, они уже решили с ним в этот день покончить, и по этому случаю во многих местах у них стояли готовые люди, и устроены разные вспомогательные средства.

5 марта. Тяжелое впечатление не укладывается, напротив – живет и растет с каждым днем.

Трудно прийти в себя, опять начать прежнюю жизнь, отдаться прежним интересам. Говорят, найдено много новых людей. Дай бог, чтобы спокойствие и безопасность нового царя были обеспечены.

Рассказывают много новых подробностей о происшествии, какие минуты пережил царь. Подкоп на М. Садовой был сделан искусной рукой. Хозяин лавки скрылся.

Говорят, что вел. кн. Константин, которому приписывают много дурного, но который в этом деле, по моему убеждению, ни в коем случае не может быть повинен, в день присяги новому царю подошел к стоящему во дворце караулу Кавалергардского полка и дважды их поздравил с праздником – на это приветствие солдаты отвечали полным молчанием.

Юный офицер, командовавший взводом, был смущен этим молчанием. Он не слышал поздравления и думал, что вел. князь здоровался. По его уходе он заметил это солдатам, на что ему старый фельдфебель, там находившийся, сказал: «Великий князь не здоровался, а поздравлял нас с каким-то праздником». Это было подтверждено и находившимся тут же камер-лакеем. Все это привело в большое волнение офицера.

Соханский привез рисунок того состава, которым смертельно был ранен государь. Весу в нем 6 фунтов, по виду – коробка конфет Ландрина, устроен он адски: так поставлены провода, что взрыв должен произойти во всяком случае, а последствия взрыва, к сожалению, мы знаем и век не забудем.

Е. В. поехал во дворец поклониться государю.