Иван III. Новгородское противление. Роман

Внешность оного и характерные привычки описывали так: человек среднего роста, красив лицом, имел тёмно-русые волосы и носил небольшую округлую бородку. Он любил петь и читать в церкви, обладал чистым и сильным голосом, знал наизусть Священное Писание, был приветлив в общении и сострадателен к слабым.

– Приветствую тебя, святой отец, добрый пастырь своей паствы и всей округи, первым выказал дружелюбие Иван, улыбнувшись игумену Мефодию.

Последний вышел из-за стола и уж было хотел поклониться государю, который не позволил этого человеку, годившемуся ему в отцы.

Мало того – сам слегка склонил уважительно голову.

– Не пристало тебе, святейший, кланяться мирским.

– Выказываю тем покорность власть держащему.

Мефодий увлёк Ивана на свою лежанку, присел и сам, а тогда уже осторожно осведомился о причине появления в монастыре.

– Какая срочная надобность привела тебя в святую обитель?

Игумен пронзил великого князя ожидающим взглядом и внезапно содрогнулся, будто нечто увидел, а более того – ощутил всей своей сущностью страшную потребу государя.

– Накануне Юрьева дня скоропостижно преставилась раба Божия Мария Борисовна, супружница моя пред Господом и людьми, – ответствовал Иван, подтвердив словами предположение Мефодия. – А по сему желаю я заказать и здесь панихиду по усопшей, ибо лишь к завтрашнему дню окажусь в столице.

– Пожелание или просьба царственной особы для нас, сирых богомольцев, – первейший закон, —смиренно промолвил игумен, не сводя ясного взора с Ивана.

 – Токмо должен предупредительно сказать, что надобно церковные вещи строить, святые иконы обновлять, такожде святые сосуды и книги, и ризы. Потребно и братство кормити да нищим, странным и мимоходящим давати и кормити.

– Ведаю о твоей неустанной заботе пополнять монастырскую казну, а потому и поднимаешь цену поминания души усопшего в зависимости от «чина» богомольца. Или я не прав? – воззрился Иван на Мефодия с иронической улыбкой.

– От твоего зоркого взгляда, государь, не скрыть ничего.

– А и не надо скрывать. Всё тайное рано или поздно становится явным. Просить у тебя снисхождения по оплате даже не думаю. Коль скоро божий человек требует того, надо давать. Со временем это возвратится сторицею к тебе.

После этих слов ещё многое было сказано о жизни и противостоянии зла и добра. Поведанное Мефодием принималось великим князем без оговорок и замечаний.