Иван III. Новгородское противление. Роман

Воины падали, снова вставали, продолжая бой, и продвигались вперёд, куда стала откатываться татарская конница.

Русские одолевали. Они стиснули зубы, хрипели и бились отчаянно, прорубая страшную дорогу среди быстро вертевшихся татарских всадников. Прозвенели удары в медные щиты. Аврамьев поначалу рубился мечом рядом со Степаном, отражая атаки сидевших на конях врагов. Но чаще новгородцы просто стаскивали их крючьями с лошадей, а после перерезали им глотки кинжалами. Кровь противно брызгала на руки, грудь и лицо, оставаясь липкими сгустками.

Особенно неприятно она пахла после, когда начинала подсыхать. Пытаясь встать после падения, окровавленные кони бились на земле. Другие спотыкались и старались ускакать в сторону, волоча зацепившегося ногой за стремя всадника.

Внезапно остатки разбитого вражеского войска круто повернули обратно, откатываясь пёстрыми волнами от зеленеющих холмов, густо устланных трупами.

Андрей вскочил на какого-то освободившегося коня и вместе со всем русским воинством ринулся догонять и добивать незадачливые казанские остатки.

А они уже и не сопротивлялись, торопливо удирая в сторону Казани, где их несомненно ожидала гневная расправа Ибрагима. В сражении был убит татарский богатырь и лиходей Колупай, а также пленили некоего казанского князя Хозум-Бердея.

** ** ** ** **

После полного разгрома татарского войска и благодарности за оказанную помощь лично от Фёдора Семёновича Ряполовского, Андрей Аврамьев шёл уставший, но довольный, и вёл под уздцы пойманного в битве коня.

– Добрая память у тебя будет об участии в этом сражении, – с доброй завистью произнёс Семён, шагая рядом с обедневшим дворянином. – Сражался ты достойно и проявил разумную храбрость.

– По-моему, все мы в равной степени заслужили добрые слова.

Товарищи уговаривали Андрея поехать вместе с ними поначалу в Нижний, чтобы на полученные за битву деньги закупить хороших товаров от восточных купцов, а в Великом Новгороде продать с большим барышом.

– Нет уж, дорогие побрательнички, – вежливо отказался новгородец. – Давно меня уж дома заждались. Перед отъездом отец прихворнул. Говорил, лёжа в постели: «Свидимся ли когда». Я ему: «Ты ещё меня переживёшь». А он ответно: «Чувствую в себе холод смертный, жаль, что не получится, видно, единым наследником тебя сделать. Молодая моя супружница может всем моим достоянием завладеть». Как бы из этого беды большой не вышло.