Осеннее преступление

Ни Бруно, ни Алекс не курили всерьез, пачка сигарет в машине принадлежала подружке Алекса Карине, но курение было чем-то вроде ритуала. Совместным делом в последние ленивые деньки. Докурив и затоптав окурки, они без особой охоты принялись перетаскивать рюкзаки и все прочее. От шлагбаума до каменоломни оставалось еще метров пятьсот.

Узкая дорожка круто карабкалась вверх, рюкзаки были тяжелыми, и Бруно успел взмокнуть, прежде чем они доперли вещи до каменного плато с левой стороны каменоломни – там они обычно и разбивали лагерь.

Алекс, наоборот, совсем не выглядел перенапрягшимся. Раньше Бруно завидовал Алексу. Гибкому, послушному телу, уверенности в себе, тому, как многие смотрят на него. Со временем Бруно смирился. Он все-таки оставался лучшим другом Алекса, что означало, что некий отсвет ложился и на него. Бруно занимал второе место в их неофициальном рейтинге. Во всяком случае, ему самому так виделось.

Только они поставили первую палатку, как далеко внизу мелькнул оранжевый “крещент” Симона.

– Очень вовремя, – буркнул Бруно Алексу. Тот молча пожал плечами.

– Сорри, надо было одному парню позвонить, – пропыхтел Симон, стаскивая с плеча чехол с гитарой.

– Вечернюю газету прихватил? – кисло спросил Бруно. Его отец всегда так говорил, если кто-нибудь опаздывал хоть на несколько минут. Идиотское выражение, конечно, но ему было жарко, он сердился, а Симон и не думал извиняться.

К сильнейшему раздражению Бруно, Симон пропустил его слова мимо ушей.

– Когда девчонки приедут?

– Карина заканчивает в четыре.

 – Алекс выглянул из палатки. – Мари заедет за ней, и они сразу сюда. Приедут не позже половины пятого.

– Окей. А как вообще обстоят дела, просто чтобы знать? Вы с Кариной вместе по четным неделям или по нечетным? Никак не могу вычислить…

Алекс в ответ только ухмыльнулся и продемонстрировал Симону средний палец. Бруно тоже попытался пошутить:

– Ну и работа – подтирать задницы старичью. Карине что, нравится?

– Во всяком случае, это настоящая работа.

 – В голосе Алекса вдруг прозвучало раздражение, чего Бруно совсем не ожидал. Он попытался защититься:

– Да ладно, я сам все лето впахивал как черт.

– В папином ресторане, ага. Это не считается.

– Еще как считается! – Бруно разволновался. Это Симона надо отчитывать, а вовсе не его, Бруно.

– Нет, не считается, – встрял Симон. – Твой начальник – твой папа, значит, тебя не могут уволить. И он вряд ли заставит тебя вытирать кому-нибудь задницу.