Осеннее преступление

Они свернули в промышленную зону на окраине поселка, миновали автомойку и поехали по односторонней дороге с одинаковыми проржавевшими трейлерами. Лакокрасочные работы, автомастерская, за ней – шиномонтаж.

Поодаль, у кругового разворота, виднелся старый заброшенный двор, который совершенно не соответствовал окружающим строениям. Углы дома поросли высокой травой. Окна, двери и крыльцо заколочены толстыми досками. Морелль поставил машину на стояночный тормоз и повернулся к Анне.

– Так вот, Анна. Говоря начистоту, ваше появление здесь было немного… – Он взмахнул рукой, подбирая слово, – неожиданным, – нашел он.

 – В местах вроде Неданоса не так много кандидатов из внешнего мира претендуют на должность начальника полиции. Бывают заявления из соседних районов, от равнодушных, которые просто хотят зарплату побольше. Есть еще пропащие головы, которым надоело отбывать смены в городе. Но так издалека еще никто не приезжал, и это понятно. Хочешь сделать карьеру в полиции – поезжай в большой город, а не из большого города, верно?

Анна кивнула, обдумала сказанное.

Она с тревогой ждала продолжения. К чему он клонит? Ему что-нибудь известно?

– Обычно начальственная должность переходит к кому-нибудь, кто уже служит в участке, – продолжил Морелль. – Кто знает, что и как устроено, кто уже так или иначе занимался руководящей работой. Именно так я много лет назад получил пост от своего предшественника. – Морелль наклонился к ней. – Не поймите меня неправильно, Анна, – разумеется, мы очень рады, что к нам пришел служить такой опытный полицейский.

Рекомендации вашего стокгольмского начальства как минимум впечатляют. Расследования убийств, руководитель группы. Невероятный процент раскрываемости.

Рот у него растянулся в некоем подобии дружелюбной улыбки, которая на долю секунды превратилась в гримасу, обнажившую истинные чувства Морелля. Мелькнувшее у него на лице выражение противоречило его же словам. Теперь Анна уже не подозревала, а знала наверняка: Морелль не хочет, чтобы она служила здесь.

– Многие в участке думали, что должность перейдет к лейтенанту Йенсу Фрибергу, – продолжал Морелль. – Мы с полицеймейстером уже в общем-то договорились. И тут появляется ваша заявка, всего за два дня до истечения срока. По сравнению с вашей квалификацией у бедняги Йенса не было шансов. Полицеймейстер был на седьмом небе от радости.

Морелль иронически улыбнулся, и Анна заставила себя промолчать. Она знала, что он еще не договорил.