Именинница

– Я не хочу ждать. Дай ключи, папа, я посижу в машине.

– Ты останешься здесь, понял? Никуда не уйдешь без меня.

Хоффман сорвался и тут же пожалел об этом, заглянув в испуганные глаза мальчика. Только не повышать голос. В их присутствии он должен держать свое беспокойство при себе.

Пит поцеловал Расмуса в лоб и побежал по лестнице на второй этаж.

– Хюго! Спускайся немедленно!

– Сначала объясни зачем.

– Ничего я тебе объяснять не должен.

– Конечно, потому что знаешь, что неправ. А если неправ, значит, дело не в нас, а в тебе.

Два маленьких мальчика, которые по вине папы всю жизнь провели в бегах. При этом сыновья вели себя по-разному. Расмус быстро принимал любую новую обстановку и так же легко возвращался к прежней, а вот Хюго требовалось свыкнуться с местом, чтобы хоть как-то собраться с мыслями. Он так и не смог освоиться в Южной Америке, и когда потом вернулся в Швецию, далеко не сразу осознал, что дома.

– На этот раз ты неправ, – возразил сыну Пит. – Речь идет как раз не обо мне.

– Тогда о ком? Почему ты не можешь оставить нас дома, как всегда?

Пит Хоффман все понимал. К этому мальчику пару раз приставляли охрану, потому что так велел папа. Иногда он подслушивал разговоры между родителями, которые думали, что Хюго спит, и, не смущаясь, поднимали темы заказных убийств и пожизненного заключения. Мальчик понимал, что ждет разоблачения шпиона, и, не получив требуемых разъяснений, мог запросто и сам выстроить логическую цепочку.

И сейчас этот мальчик был напуган, совсем как его отец.

– Мама…

– Что мама?

– Не говори ей, Хюго, ни в коем случае. С ней я все улажу сам.

Лгать детям гораздо легче. Пока не смотришь им в глаза, во всяком случае.

– Чего именно я не должен ей говорить?

– Чем меньше ты знаешь, тем больше шансов, что не проговоришься. Бери пример с Расмуса.

Молчание.

Хюго обдумывал отцовскую ложь.

И вот наконец Пит услышал, как заскрипели половицы у кровати старшего сына. А потом быстрые шаги Хюго в сторону лестницы.

– Но это такая тоска… – Хюго старался выглядеть бодрым, когда завязывал шнурки на старых кроссовках, которые никак не хотел поменять на новые. И когда снимал рюкзак с крюка у входной двери. – …Я имел в виду, сидеть и смотреть, как ты работаешь.

Тоска.

А ведь были времена, когда мальчики интересовались, что делают мама и папа на работе – в том загадочном месте, где коротают часы в ожидании, пока их дети не наиграются с друзьями в детском саду.