Горькое лето 1941 года

Под руководством нового наркома обороны Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко особенно много было сделано по укреплению единоначалия, порядка и воинской дисциплины, активизации и максимальному приближению обучения войск к условиям боевой действительности.

Военачальники в своих воспоминаниях, историки называют много причин неудач нашей армии в 1941 году: и то, что неправильно было выбрано направление сосредоточения основных усилий (основные силы советских войск были сосредоточены на Украине), недоукомплектованность соединений и частей личным составом и техникой, неудачное базирование авиации и материальных запасов… Все это имело место и оказало отрицательное влияние на общую стратегическую обстановку в 1941 году.

Но, на мой взгляд, не имело столь решающего значения, как иногда изображается.

Когда-то Петр I подходил на корабле к одной крепости на Балтийском море, и комендант крепости не устроил положенного салюта в честь императора, последний, разгневанный этим, схватил коменданта за горло и спросил: почему не было салюта? Последовал ответ: «На это было 12 причин: во-первых, не было пороха…» Петр I тут же прервал допрос: «Хватит! Остальные причины уже не имеют значения».

– Какой фактор в 1941 году можно приравнять к отсутствию пороха?

– Главной причиной наших неудач было то, что Сталин, надеясь политическими мерами оттянуть войну хотя бы на 1–2 года и всячески стремясь ее не спровоцировать, вплоть до 21 июня 1941 года не разрешал приводить войска приграничных военных округов в полную боевую готовность.

Поэтому к моменту вражеского нападения они оказались на положении мирного времени и не могли своевременно занять предназначенные оборонительные рубежи и оказать организованное сопротивление противнику. Именно это, убежден, и привело к большим потерям в первые же дни войны, особенно в авиации.

Нарком обороны С. К. Тимошенко и начальник Генштаба Г. К. Жуков, командующие войсками округов неоднократно ставили вопрос о повышении боевой готовности.

Но все их предложения в то время отвергались, а попытки командиров что-то сделать по своей инициативе жестко пресекались. Сталин приказал наркому внутренних дел следить за выдвижением даже отдельных подразделений к госгранице и докладывать ему об этом.

10 июня 1941 года Генштаб был вынужден направить военному совету КОВО следующую телеграмму: «Донесите для доклада наркому, на каком основании части укрепленных районов КОВО получили приказ занять предполье.