Горькое лето 1941 года

Честное соглашение: вы сделали гадость – мы были вынуждены сделать тоже не очень хорошее дело, вот и квиты. Зато теперь, когда потоком льют грязь на наше прошлое, без конца упоминая пакт Молотова – Риббентропа, о Мюнхене вообще не вспоминают. Кстати, тогда Чехословакию рвали на куски не только немцы. Поляки отхватили Тешенскую область, венгры – Южную Словакию и Закарпатье… Так что мы мало отличались от своих соседей по Европе, пытаясь сохранить нейтралитет в случае грядущей войны в Европе.

– Вы считаете, это было реально?

– Вполне! К тому же Сталин был уверен, что французы и англичане провоюют по меньшей мере два года – по опыту Первой мировой.

Он не думал, что их так мгновенно расколошматят, что англичане бросят даже каски и будут удирать из Дюнкерка, что Петен поспешит войти в тот же вагон, где подписывался мир в 1918 году, чтобы смиренно подписать капитуляцию… Такое ему в голову не приходило! Не думал он, что они настолько слабы! Англия и Франция казались ему мощными в военном отношении странами.

– Тем временем СССР продолжал подготовку к войне по всем направлениям…

– Да, уже через пять дней после подписания Пакта о ненападении нарком ВМФ Кузнецов подает в Совнарком записку о необходимости высадить на Шпицбергене летчиков и моряков, создать там базы. Если мы этого не сделаем, то это сделают немцы, отрежут нам путь на Запад, к нашим – дальше следует смешное слово – «нейтралам». Война еще не началась, нельзя было говорить ни о союзниках, ни о противниках.

– Но этого ведь не сделали – не высадились на Шпицберген. По какой причине?

– К сожалению, документ попал на исполнение к Микояну, который ничего не понимал ни в военных, ни в морских делах и гарантировал, что шахты «Арктикугля» на Шпицбергене будут продолжать работу. Он решил, что только это и требуется. Через год, в 1940-м, опять же в августе, Наркомат иностранных дел подает наверх ту же записку: необходимо занять Шпицберген…

– Но уже было поздно: Норвегию оккупировала Германия.

– Да, наша высадка на Шпицбергене означала бы начало войны. Вот вам и вся «агрессивная политика» СССР в 1940 году!

– Кстати, после 22 июня идея высадки на норвежской территории полностью отпала?

– Нет, мы неоднократно заявляли о желании это сделать: Молотов и Сталин настаивали на этом во время переговоров с Иденом и Черчиллем, предлагали высадиться в районе Петсамо – Киркинесс, но англичане не захотели.

– Ладно, оставим союзников.