Демократия, не оправдавшая надежд

Демократия, о которой мечтали дипломаты Антанты, помогая осуществлению переворота, не оправдала себя, и власть в Северной области в руках военных. Гражданская война в самом разгаре. Та и другая противоборствующие стороны мечтают о победе, союзники, разочарованные ситуацией на Севере России – о быстрейшем возвращении домой. Сельские жители по обе стороны фронта – о прежней спокойной жизни, которой, увы, уже никогда не будет…

Глава 1

Погожим днем к самом конце июля 1918 года по набережной Двины в городе Архангельске прогуливались двое.

Один, высокий старик с седой благообразной бородой, другой – мужчина, слегка за тридцать, самой обычной наружности.

– Как вы полагаете, Сергей Семенович, мы не напрасно тут сидим? Может быть, стоило ехать в Уфу и принять участие в работе Комуча[1 - Комитет Учредительного собрания]? – спрашивал собеседника тот, что был старше.

– Думаю, Николай Васильевич, мы здесь находимся не зря. В городе все готово к выступлению против Советов, дипломаты Антанты теперь вне досягаемости большевиков.

Мне известно, что они благополучно добрались до Кандалакши и теперь под защитой британского флота. Я разослал телеграммы ряду делегатов Учредительного собрания социалистической платформы, приглашаю их сюда, будет много работы.

Из Вологды уже приехали двое. За обоих ручаюсь. Михаил Лихач, человек военный, был на фронте, работал в советах солдатских депутатов. Он опытный агитатор, умеет организовать и направить массу по нужному пути.

Якова Дедусенко вы, Николай Васильевич, наверное, помните по Петрограду. В Учредительном собрании он был членом бюро партии социалистов-революционеров.

– Разумеется, я его помню, – улыбнулся собеседник. – Если бы все делегаты были, как Дедусенко, первое заседание Учредительного собрания не стало бы последним. Он активный и боевой товарищ.

– Кроме того, – многозначительно поднял вверх палец Сергей Семенович, – у Дедусенко большой опыт по части снабжения продовольствием и кооперативной работы.

Такие люди очень нужны в любом правительстве.

Единственное, что меня смущает, это наш визави, я имею в виду господина Чаплина-Томсона. В его руках все нити будущего восстания, у него диктаторские замашки, и он монархист!

– Пустяки, – снова улыбнулся тот, что был старше. – Чаплин еще слишком молод. Что такое тридцать с небольшим лет для военного человека? Начало карьеры. Он, по сути, мальчишка, хоть и с боевым опытом.