Демократия, не оправдавшая надежд

– И все-таки, в чем там дело, почему боевого офицера держат под арестом?

– История, каких много, – ответил адъютант. – В ночь на четвертое августа, как раз было воскресенье, ребята из Беломорского конного полка под командованием Берса гуляли в одном из ресторанов. Шумели, стреляли в воздух. По распоряжению господина министра Маслова был выслан отряд для разгона дебоширов и задержания ротмистра. Его обвинили в краже народных денег – четырех миллионов рублей.

– Все та же история, пустяки. Какая к черту кража! Деньги они захватили у противника при бегстве последнего.

По закону военного времени – это их приз, – сказал кто-то из присутствующих.

– Я не оправдываю его за реквизицию денег в ночь переворота, но под арест – это слишком, – заметил Чаплин.

– Но господин Чайковский заявил, что это была единственная наличность в городе, активы Государственного банка.

– Ложь, активы Госбанка большевики вывезли в первую очередь, и там было гораздо больше денег, порядка шестидесяти миллионов рублей.

Мне это известно доподлинно. Кроме того, разного рода ценных бумаг почти на триста миллионов. По сравнению с этими суммами трофей Берса – сущий пустяк.

Чаплин махнул рукой, как будто отмахивался от назойливой мухи. Адъютант между тем невозмутимо продолжил:

– Так вот, когда отряд прибыл, чтобы задержать господина Берса, его кунаки из отряда «Дикой дивизии» устроили пальбу прямо в центре города и ранили двоих. Ответным огнем был убит один офицер.

– Кто таков?

– Из Беломорского отряда, фамилия Абациев.

– Воин Аллаха?

– Нет, православного вероисповедания, осетин. Похоронен с воинскими почестями, остальные раненые живы. Ротмистр Берс, кстати, вернул в казну часть суммы, более полумиллиона, свою долю.

– Даже так? Почему же он не на свободе?

– Маслов считает его опасным заговорщиком и приказал готовить показательный процесс, дабы другим было неповадно.

– Превосходно! – Чаплин встал. – У меня каждый человек на вес золота, а тут гражданские собираются устраивать судилище над офицером.

Это возмутительно! Мы немедленно отправляемся в гости к генералу Пулю и будем требовать, чтобы англичане повлияли на этих социалистов. Берс и его люди нужны мне на полях будущих сражений за освобождение России.

На следующий день после звонка Чайковскому британского генерала Фредерика Пуля и долгой беседы на английском, ротмистр Берс был освобожден из тюрьмы и восстановлен в должности командира отряда.