Секретная должность агента Рейли

В списках я нашел тебя и Митю, и Его императорское Высочество Павла Александровича. Обрадовался, что буду не один. В Вологде у меня бывшие сослуживцы, они помогли с жильем, дали твой адрес.

– Ты устроился?

– Да. Сначала я квартировал пару дней у одного доброго человека, и буквально неделю назад снял комнату в доме купца Попова на Дворянской улице.

– О, на Дворянской. – протянул Брюмер.

– Там сейчас живет весьма знаменитая публика, располагается посольство Соединенных Штатов, говорят, что готовится к переезду посольство Франции, ждут окончания учебного года, – дополнил Николай Михайлович, – Я видел в городе секретаря посольства графа де Робиена, – он мне рассказал новости, и я даже пригласил французов посетить моё скромное жилище.

– А британское посольство здесь есть? – напрягся Георгий Михайлович.

Ему очень не хотелось снова встречаться с поверенным в делах Линдлеем. Он толком не знал, удалось ли англичанам перебраться на сторону белых.

– Да, какие-то англичане есть, но не те, что были в Финляндии.

Робиен рассказывал мне, как Линдлей бросил союзные миссии в Таммерфорсе на произвол судьбы и перебежал к белым.

– Это вполне в его характере, – усмехнулся Георгий Михайлович, – Я бы хотел вызвать Линдлея на дуэль. Жаль, что он в Лондоне, а не в Вологде, я бы не промахнулся.

– Как знать, брат, может быть тебе еще предстоит с ним встреча по приезду в туманный Альбион к семье.

– Я очень на это надеюсь, – вздохнул Георгий Михайлович, – но из Вологды до Англии на тысячу с лишним верст дальше, чем из Гельсингфорса.

Кстати, а где остановился Великий князь Павел?

– Насколько я знаю, – ответил за патрона генерал Брюмер, – его нет в Вологде.

– Эта его новая жена, графиня Гогенфельзен выхлопотала ему больничный режим, и он остался в Петрограде, – раздраженно заметил Николай Михайлович.

– Во-первых, брат, Великий князь Павел за свой брак, совершенный вопреки высочайшей воле, прощен государем, его вторая жена признана при дворе и получила титул княгини Палей.

Твои эскапады относительно нее напрасны. Она – любящая жена и мать его детей. Вполне логично, что она будет заботиться о своем муже, тем более, что его здоровье и на самом деле расшатано. Я слышал, что у него в желудке находили раковые язвы. Это серьезный повод, чтобы остаться в Питере.

– Все равно я считаю ее выскочкой и разведенкой, – не согласился Николай Михайлович, – такие, как она разрушают единство правящего дома.