Секретная должность агента Рейли

– Скажите, доктор, – Армор на правах русскоговорящего сотрудника пытался вызвать Горталова на откровенность, – у нас есть шансы на положительный результат?

– Только в том случае, если все здесь будут неукоснительно выполнять мои рекомендации. Первое – это голодание. Второе – гигиена, и третье – режим. Сейчас господину послу плохо, и это состояние может продолжаться несколько дней, но организм сохранил внутренние силы и способен бороться. Наша задача помочь ему в этом деле. Поэтому из питания я разрешаю ему только яйца всмятку, две штуки в день, утром и вечером, и много, много воды, это поможет преодолеть интоксикацию организма.

Френсис застонал и начал ерзать, всем видом показывая необходимость опорожнится. Клозет в доме находился довольно далеко от спальни, и туда приходилось бежать в одних подштанниках через весь бельэтаж.

– Пусть слуга всегда будет рядом с послом, – напутствовал доктор, прощаясь с секретарями, – мне нужно телефонировать каждые три часа, как обстоят дела. Ежедневно после обеда я буду проведывать больного.

Всего наилучшего, поправляйтесь, господин посол!

Френсис в ответ слабо улыбнулся и сделал попытку привстать на кровати.

– Нет, нет, никаких лишний движений, Вам надо беречь силы, – Горталов сделал запрещающий знак рукой.

Доктор ушел. Филип принес все то, что можно было достать в местных аптеках, и окружил посла заботой и вниманием. Сотрудники как-то сразу поняли, как много замыкалось на этом неторопливом с виду джентльмене. Некому стало диктовать письма и донесения, посылать с поручениями.

Никто не мог принять решение по поступающей отовсюду корреспонденции. Дни, которые раньше пролетали незаметно, теперь тянулись и казались такими долгими.

Френсис менялся на глазах. Еще вчера это был среднего роста плотный мужчина. При росте в пять с половиной футов[11 - Английский фут – 0.3 м.], он весил более двухсот двадцати фунтов[12 - Около 120 кг.].

За время болезни живот посла сначала уменьшился вдвое, потом еще, и наконец, на восьмой день почти совершенно исчез.

Щеки у больного опали, и он неожиданно для всех стал похож на моложавого пожилого джентльмена.

Ежедневно Френсис ел прописанные доктором яйца всмятку. Филип разыскал для этого в гардеробе посла серебряную подставку в виде вазона, на тулове которого была гравирована надпись «D. R. Francis», подарок от какого-то банка. Яйцо удобно помещалось в подставке, скорлупу в верхней части удаляли, и можно было не спеша серебряной ложечкой лакомиться содержимым.