Секретная должность агента Рейли

30 апреля Френсису пришло письмо, отправленное три дня назад из Москвы. Роббинс, как ни в чем не бывало справлялся, есть ли необходимость для посольства в его услугах в Москве в связи с тем, что он планирует уезжать в Америку. Разумеется, он никуда не собирался, просто полковнику хотелось узнать реакцию первых лиц на его последние демарши.

Ответ посла не заставил себя ждать. «В Ваших услугах в Москве надобности нет» – писал Френсис.

Роббинс понял, что блеф не удался.

– Они хотят разбираться с большевиками без меня, не выйдет! – кричал он Локкарту, – Я напишу ему обо всём.

Полковник присел за стол, и вскоре на листе бумаги появились неприятные для Френсиса строчки: «Британцы с каждым днем все теснее сотрудничают с большевистским правительством, и благодаря этому становятся на первое место в их благосклонности».

– Я пошлю это телеграммой, – интригующе сказал Роббинс Локкарту, – пусть думают, что инициатива ускользает у них из рук.

– Мне лестно, что Вы так высоко оцениваете мои скромные усилия, – улыбнулся англичанин, – Кстати, полковник, по-моему, Вы должны извиниться перед господином Саммерсом по поводу того, что выполнили за него важную часть работы.

– Разумеется, – мрачно ответил Роббинс и в знак примирения я пошлю ему бутылочку великолепного «Кентукки Бурбона».

– Смотрите, полковник, напиток должен быть превосходного качества. Вот господин Френсис по нашим данным съел что-то не то и до того захворал, что чуть не отдал богу душу.

– Я лично прослежу, чтобы продукт был самой лучшей пробы, – ухмыльнулся Роббинс.

В этот момент Локкарт в отражении лампы увидел горбатый «индейский нос» полковника, и ему показалось, что «великий вождь» готовит для врагов отравленные ядом кураре стрелы.

– Кстати, как там наш дристун в Вологде, говорят, он почти поправился?

– Я должен послать ему телеграмму с сообщением, что мой отъезд из Москвы по ряду соображений откладывается, и я смогу навестить его в Вологде – подмигнул Локкарту Роббинс.

Друзья пожали руки и отправились по своим делам.

В канун русской Пасхи Генеральный консул Соединенных Штатов в Москве Мэддин Саммерс получил от полковника Роббинса в знак примирения бутылку превосходного американского виски. Подарок был передан с посыльным, и отказаться от него консулу не представилось возможным.

В тот же вечер после употребления виски Саммерсу стало плохо. Он промучился около суток и умер.