Брежнев: «Стальные кулаки в бархатных перчатках». Книга первая

А что цепляться: должность-то – церемониальная! Поэтому он безболезненно, без слюней и надутых губ, расстался с «портфелем», который носил четыре последних года. Ожидавший упрёков и обид, Никита Сергеевич был неприятно поражён тем спокойствием, с каким Брежнев отнёсся к предложению «сосредоточиться на работе в ЦК». А ведь он – дабы «подсластить пилюлю» – предложил расширить круг полномочий «Второго секретаря». Теперь в него входили надзорные функции не только в отношении министерства обороны, КГБ и оборонного комплекса, но и в отношении Министерства охраны общественного порядка и министерства тяжёлой промышленности.

Де-факто Хрущёв сам вручил Брежневу «ключи от кремлёвского поднебесья».

Разумеется, от такой «нагрузки» Леонид Ильич отказываться не стал. Пост номинального «президента» его больше не интересовал: все его помыслы были направлены на получение другого кресла…

– Лёня, не пора ли расширить «круг друзей»?

Подгорный одновременно и вопросил, и озаботился.

– Ты имеешь в виду кого-то персонально? – двинул бровью Леонид Ильич.

– Да. Надо подключать молодёжь. В первую очередь, Шелепина и Егорычева. Также Ефремова. Пора уже «отработать» и Воронова: хватит его «обхаживать». Кстати, ты собирался переговорить с Андроповым и Устиновым…

Брежнев широко улыбнулся.

– Не «нагнетай», Коля: всё – под контролем. С людьми я переговорил. Как я и предполагал, никаких проблем с их вовлечением в работу не возникло. Да и не могло: я слишком хорошо знаю этих людей. Но и у меня есть вопрос.

– ?

– Ты должен был «отработать» Демичева и Косыгина.

И как: «отработал»?

Подгорный неожиданно виновато улыбнулся – и замялся.

– ??? – «подвигнул» соратника Леонид Ильич. Николай Викторович вынужденно поднял «упавший» взгляд.

– Знаешь, Лёня, я подумал, что с интеллигентами мне, «простолюдину», разговаривать не с руки… ну…

– «Не с языка», – ухмыльнувшись, первым оказался у слова Брежнев.

– Да. Поэтому я попросил сделать это Митю Полянского. Ну, не в службу, а в дружбу.

– Нашёл, кого просить! – покривил щекой Брежнев.

 – Ты же знаешь, что у Косыгина с Полянским отношения, пусть и не, как и у кошки с собакой, но не складываются. Алексей Николаевич всё время подозревает Митю в том, что тот намерен его «подсидеть». Ранимая душа.

Подгорный не выдержал.

– А кто тогда должен с ним говорить? «Ранимая душа»! Не люблю я, Лёня, этих интеллигентов!

Брежнев рассмеялся и обнял Подгорного за плечи.

– Ладно, Коля: я сам поговорю с ними обоими.