Брест. Изгнание и возвращение

В субботу всюду толкотня, а в воскресенье в магазинах людей поменьше, поэтому Жанна настаивала на посещении этого заведения. Я не люблю большие торговые центры, тем более в воскресенье, поэтому предложил прогуляться в парке. Победила, конечно же, Жанна. Я ходил за ней из отдела в отдел со скучающим видом и внутренним раздражением. Ну хотя бы не зря тратила время, купила бы что-нибудь. Так нет. Чисто по-женски примерит одну вещь, потом другую, прикинет на себя цвет ткани, посмотрит на фасон и уйдет ни с чем. Только в одном из отделов, даже не помню в каком, купила какую-то безделушку, очевидно, очень нужную в хозяйстве.

«Нельзя так показывать свое безразличие, – упрекнула меня Жанна, взяв под руку. – К женщине, попавшей в магазин, надо быть снисходительным. У вас, мужчин, жизнь значительно проще. Джинсы, куртка, кроссовки или туфли – и ты уже одетый. А нам нужны всякие мелочи, которые вы даже не замечаете».

Погода была ни то ни се: то вовсю светило солнце, то начинал накрапывать дождик. Заглянули в кафешку, но не остались.

Как-то не уютно там нам показалось. В открытом окне киоска возле центрального рынка продавали блины с различными начинками – большие, с аппетитной корочкой после обжарки.

– Я хочу блинов с ветчиной и сыром, – сказала Жанна, и я встал в очередь за блинами.

Получив свою порцию блинов, остановились здесь же, у киоска, чтобы поесть их, еще горячих.

– Неудобно как-то на улице есть эти блины, – посетовал я, вытаскивая из пакета очередной.

– Не знаю, может, я плохо воспитана, но мне эти условности чужды, – отозвалась Жанна.

 – Что тебе не нравится? Кто тебя тут увидит? Незнакомые? Так им до нас, как и нам до них, нет никакого дела. А знакомые спросят, вкусные ли. Я такие блины с детства люблю.

Так, продолжая есть блинчики, мы очутились рядом с музеем города Бреста.

– Давай зайдем на пару минут, – обратился я к Жанне. – Может, найду материалы о депортации жителей ближайших к Бресту деревень 22 июня 1941 г. – В то время в моем распоряжении находились только диктофонные записи воспоминаний моей мамы, Нины Антоновны, без какой-либо событийной конкретики и зафиксированных фактов.

 – Хорошо, только не долго, – проговорила Жанна без особого энтузиазма.

Мы зашли в музей, и я поинтересовался: «Платный ли вход?» Да, посещение оказалось платным – 3 рубля 14 копеек. Потратив наличные на блины, мы оказались без денег, потому не смогли купить входные билеты, так как терминала для оплаты банковскими картами в музее не оказалось.