Две стороны. Часть 3. Чечня

Небо затянуло тучами, дождя нет, но воздух сырой и холодный. Колонна выехала на асфальт и двинулась в сторону станицы. В крытых брезентом кузовах сидели солдаты четвертой роты с командовавшим ими старлеем Тодоровым и трое танкистов с лейтенантом Щербаковым. В ногах позвякивали пилы, топоры и гвоздодеры. По пустынной улице колонна промчала вдоль одноэтажных домов, прятавшихся за зелеными заборами, и вскоре оказалась на другой окраине села. Вновь свернув на проселок, машины направились к белевшем вдали постройкам фермы.

Ферма представляла собой несколько коровников, недостроенных, а может, просто наполовину растащенных, и пустое двухэтажное здание из красного кирпича с голыми стенами и темными проемами окон. За местностью приказали следить водителям шишариков, остальные кинулись на поиск стройматериалов. Всё, что можно приспособить для строительства землянок, отпиливалось, отламывалось, вырывалось и отдиралось от полуразрушенной фермы. Бревна, бруски, ДВП, ДСП, полиэтиленовую пленку, фанеру стаскивали в кучи – каждое подразделение или экипаж в свою.

Смеркалось, когда всё, что успели добыть, стали грузить в машины. Забив кузова до отказа, бойцы погрузились на своё добро сверху, и машины тронулись в обратный путь.

Ехавший последним в колонне "шишарик" с сидевшим на пассажирском сиденье Щербаковым чуть съехал на обочину и остановился.

– В чем дело? – спросил Александр у солдата-водителя.

– По-моему, колесо пробило, – солдат спрыгнул на землю.

– Этого еще не хватало.

Темнеет уже, – глядя вслед удаляющимся фонарям колонны, сказал лейтенант, – И что делать?

Переднее левое колесо действительно сдулось. Боец вновь запрыгнул в кабину.

– Тут кран подкачки заржавел, открыть не могу, донесся голос водителя, – Надо «тормозухой» на него полить.

Тем временем стремительно темнело. Оказаться ночью в незнакомой местности без боеприпасов мало приятного. У каждого из пяти оставшихся на "шишарике" бойцов автомат с одним магазином на 30 патронов, и всё.

Подсумки с запасными магазинами с собой не брали – надеялись вернуться засветло, а днем вроде всё тихо. Вдали на окраине зажегся первый фонарь. Щербаков с тревогой оглядывался по сторонам – со всех сторон чистое поле, сзади чернеет разоренная ферма. Когда, наконец?

Раздалось шипение – отмоченный тормозной жидкостью кран был наконец открыт, и шина стала наполняться воздухом.

«Поехали давай, на ходу докачаешь!» – запрыгивая в кабину, крикнул Александр.