В ставке Верховного Главнокомандующего

под названием «Высшая тактика»…

Справедливости ради заметим, что сам Александр Дмитриевич Бубнов не был военным теоретиком в прямом смысле этого слова. За краткой «передышкой» в стенах штаба и тиши библиотек, в 1914 г. последовали его новые военные походы, на этот раз на крейсере «Диана», входившем в состав русских военно-морских сил на Балтийском театре военных действий.

Судьба или протекция – неизвестно, что в точности, сыграло решающую вскоре роль в откомандировании молодого флотского офицера с передовой прямо в Ставку Верховного Главнокомандующего, тогда великого князя Николая Николаевича.

Должность начальника морского управления при Ставке, которую получил Бубнов, общепризнанно считалась пиком военной карьеры любого офицера Морского Генерального штаба.

Взлету карьеры Бубнов был обязан своим талантам, и в некоторой степени и стараниям морского министра адмирала И. К. Григоровича. 1915 г. стал переломным в жизни молодого капитана 2-го ранга Александра Бубнова, отведя ему свою роль созерцателя великой истории.

Сделавшись невольным свидетелем событий столь эпохального масштаба, в конце жизни Бубнов пришел к выводу, что перед ними померкли бы любые, даже самые яркие биографии частного лица.

Тогда автором было решено посвятить их своей службе в Ставке, а также всем последующим событиям, разворачивавшимся там до самого конца Российской империи в 1917 г.

…Впервые книга эта увидела свет в нью-йоркском русском издательстве имени Чехова более полувека назад, в 1955 г.

, рукопись ее была выслана туда автором из «социалистической» Югославии с надеждой на скорое опубликование в «свободном мире».

Уверенность автора в том, что его труд окажется непременно опубликованным, основывалась еще и на том, что знаменитое либеральное издательство с удовольствием бралось печатать труды, мягко говоря, далекие от апологетики Государя и вообще Царствующего Дома Романовых. Делалось это отчасти в пику широкой волне русских зарубежных монархических публикаций, отчасти потому, что финансировалось оно людьми далеко не монархических воззрений.

Ожидания автора оправдались.

Либералам российской эмиграции было хорошо известно, что далеко не все, кто по долгу службы находился во время Великой войны (1914–1917) в Ставке, исповедовал монархические принципы, а иные из них в те годы даже бравировали своей оппозицией к Государю.