Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Часть пятая

Я знаю людей, которые предлагали миллион семьсот тысяч ливров и не убедили господина Фуке. А если бы случилось так, что господин Фуке все-таки захотел бы продать свою должность, чему я не верю, несмотря на то что мне говорили…

– А, вам что-нибудь говорили! Кто?

– Господин де Гурвиль… господин Пелиссон, так, в разговоре.

– Ну а если бы господин Фуке захотел продать?..

– Я все равно не мог бы купить его должность, так как господин суперинтендант продал бы только за наличные деньги, а ни у кого нет готовых полутора миллионов.

Кольбер остановил советника нетерпеливым движением руки и снова погрузился в размышления.

Видя серьезное выражение лица хозяина и его желание продолжать разговор на эту тему, Ванель стал ждать решения, не смея сам вызвать его.

– Объясните мне хорошенько, – сказал Кольбер, – все привилегии, связанные с должностью генерального прокурора.

– Право обвинения всякого французского подданного, если он не принц крови; право аннулирования всякого обвинения, направленного против каждого француза, кроме короля и принцев.

Генеральный прокурор – правая рука короля и принцев. Генеральный прокурор – правая рука короля, карающая виновных, а также гасящая факел правосудия. Таким образом, господин Фуке может сопротивляться королю, подняв против него парламент; поэтому король не будет бороться с господином Фуке несмотря ни на что, если желает, чтоб его указы вступили в законную силу без возражений. Генеральный прокурор может быть и очень полезным, и очень опасным орудием.

– Хотите быть генеральным прокурором, Ванель? – спросил вдруг Кольбер, смягчая голос и взгляд.

– Я? – воскликнул Ванель. – Но я уже имел честь доложить вам, что у меня для этого не хватает миллиона ста тысяч ливров.

– Вы возьмете в долг у ваших друзей эту сумму.

– У меня нет друзей, богаче меня.

– Вот честный человек! – воскликнул Кольбер.

– Если б все так думали, монсеньер!

– Достаточно, что я это думаю. И в случае надобности я буду отвечать за вас.

– Берегитесь, монсеньер! Вам известна пословица?

– Какая?

– Кто отвечает, тот и платит.

– Уверен, до этого не дойдет.

Ванель встал, взволнованный предложением, так внезапно сделанным человеком, к словам которого серьезно относились даже самые легкомысленные люди.

– Не смейтесь надо мною, монсеньер, – сказал он.

– Нам необходимо торопиться, господин Ванель. Вы говорите, что господин Гурвиль вам говорил о должности господина Фуке?

– Да, и Пелиссон также.