История Украйны и ее народа

Чтобы понять это, достаточно взглянуть на его кокетливую белую хату – в зелени вишневого садка с цветником и палисадником, на живописный костюм женщин, пока еще не окончательно вытесненный современной модой, достаточно послушать его прекрасные песни, с их богатством, как поэтических образов, так и мелодий… А сам характер украинцев, медлительный и созерцательный, и он тоже не свидетельствует ли, что людей этих не гнала нужда, не толкала их на арену жестокой борьбы за существование?

Но если природа была для украинца нежной и любящей матерью, то история оказалась для него суровой мачехой, – или той злой волшебницей, которая, явившись на крестины последней, своим роковым словом уничтожила всю силу благодетельных даров, какими был осыпан новорожденный.

Украинский народ начал свою историческую жизнь на той же территории, которая и до сих пор считается для него центральной. Еще и теперь южнорусская территория делится на левобережную, или Малороссию по преимуществу, и правобережную, или Украину по преимуществу.

Левобережная и правобережная – по отношению к Днепру. Следовательно, Днепр есть главная река южнорусского племени. На его берегах возникла и развилась политическая жизнь этого племени, по его бассейну шло, главным образом, распространение, расширение южнорусской жизни. Город Киев, главный город Приднепровья, был тем пунктом, где, прежде всего, завязалась историческая жизнь украинского народа.

Но, утверждая это, мы встречаемся с таким недоразумением. Во всех исторических учебниках рассказывается о первых киевских князьях, о великом княжестве киевском, как о начале русской истории. И видя, что жизнью Русского государства руководит теперь великорусское племя, мы невольно склоняемся к мысли, что так было и всегда, и что, следовательно, русы, которые плавали с Олегом в Царьград, ходили с Святославом в Болгарию, крестились при Владимире в Днепре, – были предки теперешних великороссов.

Но, конечно, это ошибка.

Южнорусское племя и теперь живет там, где жили его отдаленные предки. Правда, за тысячу с лишком лет исторической жизни его много раз теснили степные кочевники, отодвигали его поселения к северной окраине степной полосы, но, при всякой возможности, оно снова выдвигалось в глубину черноземной степи.