Афган неизведан. Книга 1

«Длина волоса не более четырех сантиметров! Это мой вам приказ!» А потом добавил, что и сам подстрижётся так же.

– Завтра построение на плацу в одиннадцать ноль утра! Буду замерять с линейкой и циркулем! А! И транспортиром, еж вашу! Разойдись! – скомандовал подполковник. – Что вам, отрастут, ха! Жен подключите.

Строй не шевелился, офицеры стояли без головных уборов, а на их головы падал белый пушистый снег. Батальон впал в ступор. Прически у офицеров были модные, как раз чтобы гулять по Каунасу, словно гражданские.

Последовала угрожающая команда:

– Головные уборы надеть! Упор лежа принять! Встать на кулачки!

Через секунду офицеры начали принимать упор лежа.

– Делай раз! Делай два! Делай раз… Встать! Поправить обмундирование. К торжественному маршу, смирно! На пра… Во! Шагом марш!..

Через три минуты ночной плац опустел. После нескольких тренировок по отбитию, мы наконец-то тоже уснули и вытянули свои уставшие ноги, словно паралитики. Спать…

На следующие утро построение офицеров и прапорщиков повторилось.

Все офицеры были аккуратно и одинаково подстрижены, как и сам комбат. Мы наблюдали за этим с десантного городка, где сержанты отрабатывали с нами упражнение по покиданию самолета на стальном «Крокодиле», имитирующем борт корабля Ил–76. Я за это тоже люблю ВДВ…

– Молодцы! – довольно гаркнул полковник, убедившись, что его воля исполнена.

– Ура! Ура! Ура! – ответили наши офицеры и прапорщики.

– Поздравляю вас с наступающим 1985 годом! Семьям здоровья и благоденствия!

– Ура!.

.

– Разойтись по местам занятий и несения службы…

Так встречали новый 1985 год Советские десантные войска в Прибалтике. А следующий новый год я уже встречал в Кабуле, кстати, елки к нам прилетели на Илах из Витебска. Но это уже другая история.

Казарма – цирк, или средневековый театр масок

Куда податься молодому человеку, мечтающему о романтике воинской службы? Здесь нужно включать голову, думать, прикидывать, читать прессу и интернет.

Но избежать ошибки чаще всего не удается. А может все-таки можно отслужить так, чтобы не было безумно больно и грустно за потерянные год или больше своего юного времени.

Мне повезло, я общался в армии со смелыми и интеллектуальными офицерами с жесткими, горилла-подобными сержантами, задорными и наивными прапорщиками. Такая форма общения возможна только в ВДВ, где солдата ценят и прислушиваются к нему, не всегда, конечно, но бывает и такое.