Жизнь из грязных кусочков… Я создал себе сам!

Накануне войны, я была уже достаточно подкована в этой непростой профессии, и мы с мужем стали работать на равных, но нам не суждено было работать вместе, моё знание нескольких иностранных языков, понадобилось совсем другому ведомству, меня нелегально закинули в Европу.

– То, что вы свободно читаете и говорите на английском языке, я уже знаю, а ещё какие языки вы знаете? И вообще, зачем геологу несколько иностранных языков?

– В своё время ты узнаешь зачем, а пока, прикуси свой любознательный язычок.

Она разлила остатки коньяка по бокалам, свою порцию неожиданно залпом выпила и замолкла на пару минут.

– Муж несколько раз, со скандалом, просился на фронт, но, по строгому приказу Берии, геологов запрещено было отправлять на фронт, воюющей стране нужны были новые месторождения любых полезных ископаемых и геологам повсеместно отказывали.

– Но как вы стали офицером НКГБ?

– В июле 1945 года, несмотря на то что НКГБ являлся гражданским ведомством, специальные звания работников НКГБ были заменены воинскими званиями.

Саша, тогда почти все геологи были под наблюдением чекистов, а, чтобы легче было за нами приглядывать, нас, кто, по мере своей профессии был связан с драгоценными металлами или с секретными изысканиями урановых руд в СССР, всех перевели под крыло этого одиозного учреждения с присвоением воинских званий.

– Хм, – озадачено почесал я свой большущий нос, – а ведь просто так в эту секретную спецслужбу не попасть, нужна определённая подготовка, на худой конец, надо закончить какую-то спецшколу, курсы и иметь кристальную биографию.

Кто же ты есть тётя Шура? Что ты продолжаешь скрывать? Но вслух я сделал попытку коряво пошутить и усыпить подозрительность старой чекистки.

– Значит вы были соглядатаем при собственном муже, товарищ капитан государственной госбезопасности?

Но тётя Шура меня гневно прервала, – прекрати ёрничать молодой человек, я давно уже не капитан, после того, что с нами случилось, эта книжица, лишь память и напоминание мне о том, что в жизни надо быть очень осторожным, все секреты держать при себе и желательно это делать до самой смерти… Она закурила очередную папиросу и закончила начатую фразу… – если хочешь конечно тихо и достойно прожить свою оставшуюся жизнь в кругу своих многочисленных домочадцев.

Но видимо у меня это не получилось, ни семьи, ни мужа, ни многочисленных родственников. Прав оказался один умный человек, когда заявил, что стареть лучше всего в одиночку.