Подвиг бессмертия. Книга первая. Откровение

Выслушав его просьбы встретиться с Козинцевым Ярославом Александровичем, отвечали, что данный товарищ находится в командировке по служебным делам. Только один, видимо, совестливый человек доверительно сообщил ему, что комиссар Козинцев переведён в город Гомель на постоянное место службы. Сразу узнав это необнадёживающее известие, Аким Миронович сник здоровьем и домой вернулся больным. Его незыблемое понятие порядочности и веры между людьми основывалось на заповедях Господа, и нарушение этой связи порывало веру, обнажая незащищённую душу.

Старик молча лежал на телятнике, вперив свой немигающий взгляд в потолок. В его голове выстраивалась многоходовая комбинация исправления ошибки, которую он же и совершил. Настало время исправить её и предстать перед ликом святых угодников.

Где-то в марте месяце из германского плена вернулся Федотов Семён Дмитриевич по кличке Митрич. Пока он отсутствовал дома, родители его умерли, хозяйство разорилось, и даже забор вокруг участка, был разобран на дрова. Только покосивший дом с заколоченными крест-накрест окнами торчал из земли, напоминая своим осиротевшим видом одинокую каланчу.

Длинной и очень долгой была дорога военнопленного Семёна в родные края, да ещё здесь на Родине больше года его проверяли, снимали дознания, ломали через колено. Вернулся Митрич домой, а его здесь никто не встречает и не ждёт. И такая кручина обуяла его душу, что и жить ему расхотелось. И в самые безысходные времена позвал его к себе Аким Миронович и предложил совместную жизнь.

Даже хату свою старую, которая стояла рядом с построенным новым домом, предложил ему для проживания.

– Жить будем в разных хатах, а щи хлебать с одной чашки. Здоровье моё, сам видишь, на волоске. Всё хозяйство возьмёшь в свои руки, старуху мою на старости присмотришь, ну и похоронишь меня. Дочь у меня красавица, сумеешь обуздать её гордыню своими чарами, возражать не буду, выдам за тебя замуж. Вот таковы мои условия. Хош принимай, а на нет и суда нет.

– Условия нелёгкие, но я прикинул и сделал вывод, что не останусь в конечном итоге в убытке по всем пунктам.

Лодырю, возможно, и покажется этот труд тягостным и невыполнимым, а мне наоборот, половина того, что я всё равно вынужден буду делать, уже сделано. Осталось самая малость – спускаться под горку. Я принимаю и возлагаю всю ответственность на себя вместо вас, – высказался категорично Митрич. – Не стану вас утруждать сопровождать меня при осмотре хозяйства, разберусь сам.