Россия – Украина: забытые и искаженные страницы истории

Монастыри оказывали великое нравственное влияние на народную жизнь; многие из их основателей приобрели по смерти повсеместное уважение; толпы народа стекались у их мощей, и это в известной степени способствовало сплочению нравственных сил народа, что в особенности оказывалось там, где святые чествовались не местно, не одною какою-нибудь семьёй, а всею Русью. Такое значение прежде всего имела святыня киевская; после неё второе место занимала святыня московской земли…” (выделено мной – А. Г.

).

Как в свете вышесказанного рассматривать сегодняшнюю ситуацию, в частности, положение Киево-Печерского монастыря (Лавры), который, как известно, относится к Русской Православной церкви? Может ли он оказывать сегодня устоявшееся веками “великое нравственное влияние на народную жизнь” и чью? Украинцев? Но, например, Митрополит Каневский и Черкасский Софроний недавно публично заявил, что русскоязычные украинцы, тем более живущие в России, являются предателями своей Родины.

Русских, живущих на Украине, которых пытаются сделать изгоями и заставить уехать из страны? А как расценить бюрократические проволочки, не позволяющие 280 большегрузным транспортам из России с остро необходимым продовольствием, водой и медикаментами для осаждённых Донецка и Луганска попасть к месту назначения для оказания помощи погибающему населению? То же касается и тяжелобольных детей, которых с каждым днём всё труднее вывезти из Донецка и Луганска в Россию на лечение.

Вернёмся к цитированию фундаментального труда историка Н.И. Костомарова (С.197):

“…Ранее всех и более всех святых, являвшихся в московской земле, приобрёл народное уважение всей Руси преподобный Сергий, основатель знаменитой Троице-Сергиевской Лавры, получивший в глазах великорусского народа значение покровителя, заступника и охранителя государства и церкви. Кроме того, личность Сергия представляется исторически важной потому, что он был отцом множества обителей; некоторые из них были основаны при его жизни, а ещё более возникло их после смерти Сергия, основанных его сподвижниками и учениками, или же учениками его учеников.

Жизнь Сергия, можно сказать, служит самым полным образцом жизни и деятельности всех подобных ему основателей монашеских общин его времени. Все они в главных чертах представляют с ним подобие, при всех отличиях личных характеров и условий местности и времени.