Нет злых и добрых

– Почему? – не оставил его в покое глава тайной службы.

– Я думаю, люди бы поняли… – ухватившись за эту мысль, он начал говорить увереннее. – Да, она королева. Но все мы видим, как она юна и хрупка. Все знают, как много испытаний свалилось на её плечи и не только в последние дни. Вскоре она будет должна произвести на свет наследника. А все хотят, чтобы тот был силён духом и телом. А главное для этого – спокойствие матери.

– Хорошо сказано, – похлопал Росена по плечу боярин. – Но к сожалению, не все разделяют такой взгляд.

К примеру, наш славный король, – в это словосочетание Пламен Младов вложил весь имевшийся у него запас яда, – уверен, что ребёнок с утробы должен узнать, как следует поступать с врагами. Именно он настоял на присутствии Завиды на церемонии. Складывается впечатление, что он не хочет, чтобы ребёнок рождался.

– Может он боится, – ободрённый предыдущей похвалой Росен, решил высказать мнение, – что, когда на свет появится наследник, его вышвырнут из Оплота? Ведь он станет не нужным.

– Тогда он ещё более глуп, чем я считал. Один ребёнок слишком ненадёжно для династии. Как нас учит недавняя история иногда даже трёх мало. Я бы мог подумать, что он действует по наущению мятежников, но Крум заинтересован в рождении наследника ничуть не меньше, чем мы.

Пламен Младов был прав. Занявшая трон Мирии Завида была младшим ребёнком короля Ивана Эрниза, но оба её брата трагически погибли. А дядя, поднявший мятеж, был женат трижды, но детей не имел. Росен хотел ещё раз высказаться, но в разговор вмешался, до этого молча озиравшийся по сторонам отец:

– Я думаю, здесь не лучшее место для подобного разговора.

– Ты прав, мой друг, – согласился с ним Пламен Младов. Прежде чем попрощаться, он сообщил ещё кое-что, – кстати, в совет тебя введут через два дня. Сказав это, он зашагал прочь. Два его телохранителя шли следом.

– И нам пора домой, – сообщил Росену отец.

Младший из двух Андроновых глянул на свежие могилы. В одной из них лежал его друг. Холмики над землёй – всё, что осталось от семьи Лазаровых.

Спустя два дня, Росен с отцом стояли в большом зале Старого Оплота, недалеко от выхода. Снова вдвоём. Мама категорически отвергла все попытки мужа переубедить её и осталась дома. Младшие дети были с ней. Они хоть и протестовали, но безуспешно. Емилия Андронова была непреклонна в своём решении. Иногда к группке из отца и сына подходили другие гости. Тогда происходил следующий диалог:

– Очень рад вас здесь видеть, Сашко.