Нет злых и добрых

 – Я никогда бы себе не простил, если бы изменил вам. Ваши враги – мои враги. Моё слово крепче стен Стриново.

– Надеюсь это не пустые слова. Позже я обязательно ознакомлюсь с договором. Возможно, придётся внести правки. А пока можете идти. Займите место в зале. К примеру, рядом с семьей боярина Андронова.

– К вашим услугам, королева. – Наёмник поднялся. Прежде чем двинуться в конец зала он несколько секунд внимательно рассматривал советников, особенно Балина. И Росен готов был поклясться, взгляд у него был оценивающий.

Завида молчала, пока наёмник не занял указанное ему место. Гахриш попытался заговорить с Росеном, но тот дал ему понять, что желает выслушать королеву. Та тоже оценивающе смотрела на советников, прежде чем заговорить:

– Вас восемь, а значит нам осталось назначить того, кто будет первым среди вас. Я долго думала над выбором. – Последовала долгая пауза. – Боярин Пламен Младов.

– Да, моя королева, – поднявшись, ответил глава тайной службы.

– Вы долго верой и правдой служили моему отцу.

Вы честно служите мне. Вы надёжная опора королевства. И я благодарна вам за ваш труд. Никто, лучше вас не смог бы обеспечивать спокойствие народа.

«Да назначь ты его уже!», – пронеслась мысль у Росена.

– А потому, – продолжала Завида, – я не могу передать ваши обязанности кому-то другому. Боярин Веселин Коев!

«Чтоооо? – происходящее отказывалось укладываться у Росена в голове. – Какой Коев?»

Дальше он не слушал. Он даже собирался выйти из зала в знак протеста, но его остановил чёртов наёмник.

Гахриш или как его там положил руку ему на плечо и покачал головой. Росен хотел сбросить его ладонь, но хватка оказалась настолько сильной, что пришлось повиноваться.

«А может всё это из-за Варбова и Лазарова. Может боярина винят в том, что он не доглядел. Это же бред! – сумбурно продолжали роиться мысли, – нельзя ведь предвидеть всего. Тем более нас предал маршал, а не казначей. Так недалеко до того, что боярина обвинят в измене Крума или в разрушении старого королевства.

Убереги его Инвирит! А если бы он стал палатином, кто бы занял его место? – над этим Росен раньше не задумывался. – Да кто угодно, лишь бы не Енев» Мысль о том, что хозяин казематов мог бы руководить тайной службой, приводила Росена в ужас.

За этими размышлениями он пропустил клятву Веселина Коева и назначение нового таверника.

Когда с изменениями в совете было покончено, настало время соблюсти традицию.