Прощаться не будем!

– Да ну что вы! Простая беседа, ничего личного! – ответил он и хитро улыбнулся краем глаза.

– Я могу собраться?

Особист, что у окна, затушил папироску о подоконник, звучно выдохнул дым, подошел ко мне и выхватив из рук документы, сказал:

– Бегом! У тебя минута! – и тотчас же с напарником спустился вниз к крыльцу. Вещей у меня было не много. Запрыгнув в свои галифе, и накинув поверх рубахи гимнастерку, я спустился вслед за ними.

У входа стояла роскошная чёрная ГАЗ М-1 с открытыми дверьми. Особист, что курил там наверху у окна, зашел мне за спину и деликатно толкнул меня под зад в салон. Другой сел спереди. Шофер завел двигатель, и мы поехали в неизвестном мне направлении.

Привезли в какое-то громадное здание после чего взяли под конвой и завели в кабинет. Жестко усадили на стул перед молодым особистом, с тремя шпалами в петлицах, с поблёскивающим на груди от света настольной лампы, орденом красной звезды.

– Это постановление о вашем аресте! Гражданин… как вас там правильно-то… а, гражданин Петровский!

– Простите, а почему аресте? И можно ли узнать, кто вы?

– Конечно можно! Старший следователь второго управления НКВД, капитан Зубов.

–А разрешите узнать, какое собственно говоря дело? Что такого я совершил? – пытаясь встать с места, с дрожью в голосе спросил я, но сзади стоящий боец, схватив меня за плечи, резко опустил на стул.

– А вот ознакомьтесь! Вам предъявлено обвинение в трусости и паникёрстве!

–Что?? Товарищ капитан, да какой я трус? Мы с ребятами били врага почти два месяца! Бродили по лесу черт знает где! Товарищ….

Перебив меня, и ударив кулаком по столу, капитан закричал:

–Закрой рот! – далее перейдя на спокойный тон, продолжил. – Не товарищ, а гражданин следователь! Знаешь сколько таких как ты мне затирают? Плетёте семь верст до небес и всё лесом. Чего думаешь, что ты самый умный, да? Я вас предателей за полуверсты чую.