Прощаться не будем!

Я даже не имею отношения к армии. Я был зав складом в продмаге. Как немец к Москве подошел, так нас сразу эвакуировали в Куйбышев, а я решил вот остаться. И остался на свою голову. Всучили, простите, шпалы в петлицы и зачислили в армию.

– Кубари!

– Что простите?

– Ни шпалы, а кубари в петлицах! Шпалы это уже от капитана и выше.

– Гм, вот видите, я даже в званиях толком разобраться не успел. Однажды на построении, представляете, я заместителю командующего фронтом, воинское приветствие не так отдал, к пустой башке руку приложил, так меня за это заставили два битых часа устав учить.

Еще и выговор объявили.

(Улыбаюсь)

–Вот вам смешно. А там перед строем молодых мальчишек, такой гогот стоял мама не горюй. Это я к тому веду, что тяготит меня эта вся армейская муштра.

Вглядываясь в его интеллигентное, совсем молодое лицо, я с удивлением спросил:

– А почему вы не сказали об этом командованию? Ведь как я понимаю, это самый важный участок на Московском направлении?

– Да говорил! Рапорта писал, а толку, – опустив глаза, тяжко вздохнул он.

 – А вы, случайно, не имеете опыта в руководстве?

– Кто? Я? Нет! – улыбаясь, ответил ему. – Я не успел кем-либо покомандовать. Все время по тылам противника да в окружении. Куда там.

– Может, раз так совпало, вы будете моим заместителем? – скромно, смотря из-под шапки, предложил он.

– Спасибо за доверие, товарищ лейтенант я постараюсь!

– Ну, вот и ладушки! Вас как зовут?

– Алексей!

–Очень приятно, а я Егор!

(Протягивает мне папиросы)

И мы закуриваем.

Несколько штук я закладываю в шапку. «Ох как приятен этот дым отечества!» – как сказал бы сейчас Чацкий великого Грибоедова.

Егор ни на секунду не выпускал папиросу из рук. Параллельно вытащил свой планшетник с картой и стал обрисовывать мне сложившуюся обстановку в данном районе. Из его доклада я понимал, что скоро по всему фронту начнется контрнаступление, которое отбросит немца от стен столицы.

Наша задача была приоритетной. Под прикрытием артиллерии захватить Наро-Фоминск и удерживать до подхода основных сил. Дивизия ополчения имела в своем составе восемьсот штыков. Эта наскоро обученная масса, состоящая в основном из мужчин пожилого и среднего возраста, должна была наступать с винтовкой в руках на подготовленного врага, который во много раз превосходил нас в силе и технике.

Рассказывал он все это чуть ли не взахлёб.