Малороссийские исторические шахматы. Герои и антигерои малорусской истории

Сомко, Золотаренко, Силича, некоторых других полковников признали виновными в «измене» и приговорили к смерти.

По некоторым данным, епископ Мефодий, прекрасно зная, что казнят невиновных, в последний момент пробовал уговорить Брюховецкого смягчить приговор. Тот отказал. В сентябре 1663 года осужденным отрубили головы.

Повторю ещё раз: когда изменил Юрась Хмельницкий, за ним последовала почти вся казацкая старшина. Верными царю остались трое – Сомко, Золотаренко, Силич. После «чёрной» рады именно их казнили как «предателей».

Трудно пояснить, о чём думали московские бояре, допуская столь вопиющее торжество несправедливости? Чего здесь больше? Глупости? Подлости?

Вред от случившегося обнаружился сразу. Как отмечалось, Сомко начал отвоевывать Правобережную Малороссию. По согласованию с ним паволочский полковник Иван Попович поднял антипольское восстание. Яким Семёнович планировал двинуться ему на помощь. Казацкий летописец Григорий Грабянка пишет, что вместе Сомко и Попович разгромили бы поляков, как делали уже не раз, и продолжили бы славное дело Богдана Хмельницкого.

Вероятно, так оно и было бы. Правобережье воссоединилось бы с Россией уже тогда. Но теперь восставшим помощи не оказали – Брюховецкий выступать отказался. Восстание подавили. Попович погиб.

В конце того же года польская армия вторглась на Левобережье. А достойного полководца, чтобы нанести завоевателям сокрушительное поражение, у казаков не нашлось. Война тянулась несколько лет с переменным успехом.

Закончилась она лишь в январе 1667 года подписанием Андрусовского перемирия. Малороссию разделили по Днепру. Правобережная её часть более чем на сто лет осталась под иноземным игом.

А через год после перемирия Брюховецкий открыто изменил, приказав вырезать все великорусские гарнизоны. Вновь охватило край пламя войны. Многие тысячи великорусов и малорусов заплатили жизнями за преступление Нежинской «чёрной» рады.

Изменил и Мефодий…

Зло потом было наказано. Брюховецкого казаки забили насмерть.

Мефодий умер в заточении в монастыре. Но это не могло вернуть к жизни Якима Сомко.

«Храбрый защитник своего отечества, в бранях неустрашимый, у самой могилы отважный, воин, достойный лучшего жребия, заслуживший делами любовь и уважение потомства», – так охарактеризует его крупный русский историк Дмитрий Бантыш-Каменский.

Увы, потомство о Сомко забыло. И хотя бы эту несправедливость необходимо исправить.

Судьба самозванца.