Суд офицерской чести (сборник)

Плаксина в округе побаивались даже генералы, не говоря уже о простых смертных. В советское время он возглавлял группу народного контроля, проверявшую наличие «нетрудовых» доходов, дач, автомобилей и т. д. Плаксин был из сибирских крестьян. В гору он пошёл, женившись на дочери секретаря Хабаровского крайкома партии. Слыл Плаксин человеком недалёким, но честным и принципиальным. Не терпел всего, что не соответствовало моральному облику строителя коммунизма и его собственным представлениям о службе. Сам был закоренелым службистом и в требовательности к подчинённым порой доходил до педантизма и даже жестокости.

На памяти у Кравца был случай с одним полковником, провинившимся только в том, что на старости лет влюбился в молодую женщину и во имя брака с ней развёлся с первой женой. Инициатором партийного судилища и последующего увольнения этого офицера из Советской Армии, как дискредитировавшего своё звание, был Плаксин.

Однако в словах Смолина о «лучшем друге» была не только ирония, но и большая доля правды.

Плаксин благоволил к Кравцу и даже покровительствовал ему как «литературному дарованию».

Всё началось со дня рождения командующего округом. Как принято, во всех управлениях и отделах штаба готовили поздравления имениннику. Но Плаксин решил всех перещеголять. Узнав, что Кравец «балуется стишками», вызвал его и велел за пару часов сочинить оду и отпечатать приветственный адрес в окружной типографии.

– Я не успею, товарищ генерал-майор, – промямлил Кравец.

– Никаких «не успею»! Возьмёшь мою «Волгу», а начальнику типографии я позвоню!

О том, что существует такое понятие, как вдохновение, с генералом вести разговор было бесполезно.

Кравец заперся в кабинете, призвал на помощь всех существующих муз и… успел.

Как просил Плаксин, «в цветах и в красках», и главное – в рифму, расписал трудное военное детство генерал-полковника, его успешную службу в Монголии и ГСВГ, учёбу в разных академиях, славную семейную жизнь, вплоть до сведений о детях, внуках и упоминании о нежных чувствах к красавице жене.

Не забыл и о генеральском хобби: рыбалке и игре в волейбол. Текст, набранный петитом, был золотом отпечатан на лощёной бумаге. К тому же Кравец проявил инициативу и на развороте поздравления оттиснул портрет именинника при всех орденах и медалях. Ещё сырой, пахнущий типографской краской, поздравительный адрес был доставлен Плаксину ровно в назначенное время.

Начальник политуправления, даже не поблагодарив, отпустил Кравца.