Русская революция. 1917

Меня и Скобелева утвердили вице-председателями. Я счел свое избрание чистой случайностью, так как не присутствовал на заседании, даже не помню, заглядывал ли туда. По правде сказать, даже после избрания очень редко бывал на заседаниях Совета и Исполнительного комитета. С самых первых дней мои отношения с руководителями Совета были весьма натянутыми.

Меня это не огорчало, ибо я неустанно боролся с их теоретическим социализмом и доктринерством, осложнявшими нормальное развитие здоровых революционных сил.

Понятно, я говорю об Исполнительном комитете первых недель революции, позже его состав и позиция существенно изменились к лучшему.

В дальнейшем я к этому еще вернусь. Ограничусь пока констатацией факта возникновения второго центра власти, который незамедлительно принялся вытеснять первый. Невозможно преувеличить пагубные результаты позиции, занятой Думой утром прошедшего дня. Отказавшись от официального участия в событиях, с которых началась революция, подчинившись указу о роспуске, превратив официальное думское заседание в частное собрание (как делалось каждый раз при отсрочке заседаний во время войны), Дума погубила все шансы на создание единственного и единого центра революционной власти.

Сформированный думский Временный комитет начал отдавать приказы и распоряжения Петроградскому гарнизону. Но по какому праву, можно спросить? Он имел не больше полномочий, чем Совет, который немедленно и поспешно взялся за то же самое. Лучше сказать, Временный комитет в данном случае делал не больше любой другой внезапно возникшей революционной организации.

Таким образом, в первый день революции образовалось два центра власти, каждый со своим избранным Исполнительным комитетом (впрочем, не могу сказать, что советский Исполком пользовался особым авторитетом). Подобное разделение оказалось фатальным, приведя к отсутствию всякой власти и большевистской анархии.

В первую революционную ночь город со всех сторон был охвачен пламенем пожаров.

В опустевшем наконец Таврическом дворце установилась мертвая тишина. Мы гадали, как разрешится конфликт Думы с царским правительством.

Накануне Родзянко телеграфировал царю: «Положение серьезное. В столице анархия. Правительство парализовано. На улицах идет беспорядочная стрельба. Части войск стреляют друг в друга. Необходимо немедленно поручить лицу, пользующемуся доверием страны, составить новое правительство.