Кровь событий. Письма к жене. 1932–1954

Я верю и знаю, что еще много раз мы будем вместе проводить праздничные наши дни, еще украсим нашу жизнь и будем путешествовать вместе еще дальше и интереснее, чем мы могли позволить себе это до сих пор. Видимо vis vitalis (жизненная сила) есть, по крайней мере в моральном смысле слова, действительный факт и она меня пока не оставляет. Пусть никогда не оставит она тебя. Как только я буду иметь постоянный адрес, я его немедленно сообщу, и ты понимаешь сама, каким праздником для меня явится каждое твое слово.

Почему-то я в эти дни много думаю о твоей работе, вспоминаю весь страдный путь, пройденный тобой, и радуюсь, что ты так смело и настойчиво берешь «за рога» этот неуловимый вопрос в медицине. Я убежден, что ты достигнешь многого. Не опускай же рук, не растравляй сердца, не затемняй горем сознания. Помни, что в науке невозвратим каждый час. Пока у тебя есть возможность (она сокращается!) работать в привычных культурных условиях Ленинграда, – отдайся работе: я знаю, что ты на пороге крупных достижений. Это будет моей большой гордостью. О себе могу сообщить, что я здоров и бодр. Новые для многих условия мне знакомы и привычны, и я удивляюсь, как из каких-то далеких недр подымаются во мне, казалось, давно отжившие рефлексы и помогают жить. Не знаю, где я буду, в какой обстановке буду работать. Собираюсь вступить на поприще медицины[216 - Речь идет о начале фельдшерской практики А. И. Клибанова. См. подробнее комментарии А. И. Клибанова во второй части настоящего издания. – Примеч. сост.] – маленький опыт у меня есть и, дополненный довольно большим кругозором и опытным руководством (в нем недостатка не будет), он будет оправдан. Если я духовно не вовсе иссякну – буду писать стихи. Немногое написанное до сих пор кажется мне самому довольно искусственным и отчасти подражательным. Посмотрим, что получится теперь. Когда прибуду на место, напишу в свое учреждение, директору, ибо я оставил очень важное исследование (и даже открытие), которое нужно закончить. Впрочем, я не теряю надежды, все больше укрепляюсь в надежде самому вскоре вернуться к прерванному. А пока что, если можно как-нибудь облегчить мое положение, то это было бы жизненно важно. Пусть Вол.[217 - В. Д. Бонч-Бруевич.] меня не забывает. Целую, родная. Я тебя воспою, моя Лаура, моя светлая, моя бессмертная возлюбленная!

Саня.

№ 319. А. И. Клибанов – М. Н. Горлиной

10.VI.48 г.

Родные, крепко и горячо целую и обнимаю Вас.